Мечников. Том 11. Свет разума

Ожегов не стал медлить и сразу атаковал Сеченова и Багрянцева. Михаил отреагировал моментально. Выпустил наружу свою кровь даже быстрее, чем его отец."

"Недавно я помог ему соорудить перчатки, с оголённой ладонью. На безымянном и среднем пальцах были небольшие лезвия, которые могли в любой момент высвободить крови из кистей — достаточно лишь сжать руку в кулак.

Кровь Багрянцева образовала некое подобие живого щита, который остановил атаку Ожегова. В этот же момент Иван Сеченов попытался ослабить кровь Анатолия обратным витком, но у него не хватило на это сил. Поэтому я тут же вмешался в схватку и добавил немного своей магии, что помогло оттеснить мага крови.

Ожегов замешкался. Устремил свой взгляд на Михаила Багрянцева и потерял драгоценные секунды, которые могли стоить ему второй жизни.

— Ты… — только и смог выдавить он.

Ожегов только сейчас понял, что один из моих союзников одной крови с ним. И его магия тут же ослабла. Лишь на долю секунды он перестал оттеснять нас своим колдовством.

Похоже, я не ошибся. Кровные узы гораздо сильнее какой-то там некротики. Как только Ожегов осознал, что против него стоит его же сын, он тут же ослаб. Но всё равно не смог противостоять своему телу, которое, словно марионетка, целиком и полностью подчинялось верховному некроманту.

— Получайте, засранцы! — послышался звонкий крик Синицына. — Получилось! Они отступают!

Примерно этого я и ожидал. Догадывался, что это случится, но не думал, что мои соратники справятся так быстро. Получившие серьёзный отпор сектанты ломанулись к воротам, и толпа потащила нас за собой.

И Анатолия Ожегова, и меня с друзьями.

Этот манёвр можно одновременно считать и козырем, и пробелом в плане. Толпа запросто может нас затоптать. Но если мы выстоим, то окажемся на территории старого кладбища. А уже там у нас появится дополнительный козырь, который я заготовил заранее.

— Держаться на ногах! — отступая к кладбищу, крикнул я своим соратникам. — Мы близки к победе!

Я, Сеченов, Багрянцев и Ожегов оказались среди старинных могил. Отстался только Игорь Лебедев. Но он тут же выпустил под себя поток пламени и на его реактивной силе перелетел через ограждение.

— Вот и всё, отец! — воскликнул Михаил Багрянцев и, потратив последние крупицы маны, сковал Ожегова своей кровью. — Теперь ты освободишься.

Анатолий попытался разорвать путы, но было уже слишком поздно. Мы с Сеченовым встретились взглядами и будто прочли мысли друг друга. Уже через секунду мы вышли на опасное сближение с врагом. И вонзили шприцы с гемолитическим ядом в шею Анатолия Ожегова.

В это мгновение сила Михаила Багрянцева иссякла, и он рухнул рядом с одной из могил. Потерял сознание.

Ожегов попытался ещё раз воспользоваться своей магией. Однако его клетки крови распадались.