Мечников. Том 11. Свет разума

— Многие лекари пытались лечить психические заболевания, но пока что это никому не удавалось. Однако, если хотите, я могу устроить вам поездку в лечебницу хоть сейчас. В ней работает мой бывший коллега. Тимофей Андреевич Филатов. Он часто шлёт мне письма. Рассказывает, что уже и сам с ума начинает потихоньку сходить от одиночества. Общаться с душевнобольными — дело неблагодарное.

— Погодите, прямо сейчас? — удивился я. — Так это же отличные новости! Как нам это устроить?

— Берите Константина, он довезёт вас до лечебницы. Я сейчас же напишу письмо Филатову, чтобы у него не возникло вопросов, кто вы и зачем к нему прибыли. Магическая почта доставит сообщение даже быстрее, чем вы сами там окажетесь.

Процесс пошёл. Я очень хотел поскорее начать это научное исследование, но не думал, что выйдет приступить к работе уже сегодня.

Мы с Константином выдвинулись уже через пятнадцать минут. Лечебница для душевнобольных находилась за городом в лесных дебрях. Наша карета с трудом смогла пробраться в эту глушь, но, как показала практика, в дороге для Кости нерешаемых задач не существует.

Кучер остался снаружи. Его бросало в дрожь от одной мысли, что за стенами этого здания, больше похожего на тюрьму, обитают люди, лишившиеся рассудка.

Металлическая дверь приоткрылась, и меня встретил полный кудрявый мужчина с длинной вьющейся бородой.

— Господин Мечников? А я вас уже жду! — поприветствовал меня Филатов. — Не представляете, как я обрадовался, когда получил письмо от Александра Ивановича. Я ведь читал все ваши статьи и даже подумать не мог, что вы когда-нибудь заглянете в мою «крепость».

Болтал Филатов без умолку. Как оказалось, кроме него в лечебнице работают лишь два охранника и трое хмурых помощников, которые, судя по всему, уже сами близки к тому, чтобы расстаться с рассудком.

— Ну-с, может, сначала чаю выпьем? — предложил Филатов. — Или пообедать желаете?

— Это можно, — согласился я. — Но для начала, Тимофей Андреевич, я бы хотел осмотреть нескольких пациентов. Трёх-пяти человек мне хватит с головой. Кстати, сколько душевнобольных содержится в вашей лечебнице?

— Представьте себе, без двух человек четыре десятка! — заявил он. — Их становится всё больше и больше в последнее время. Страдает душа у народа, страдает. Что ж, раз вы так рвётесь поработать — пройдёмте. Сначала я покажу вам наших тихонь. Они совершенно безобидные, в отличие от некоторых. Иногда даже помогают нам ухаживать за другими.

Однако, как только мы вышли во двор, Филатов замер и в ужасе отступил назад на несколько шагов.

— В чём дело? — осматривая внутренний двор, спросил я.

Ничего странного я не заметил. По территории гуляло человек пятнадцать. На наше появление они никак не отреагировали. Лишь одарили нас пустыми взглядами.