Мечников. Том 8. Луч надежды

Принести им рентген-аппарат мы никак не могли, поэтому нужно было заранее заказать выезд сотрудников бюро прямо в мастерскую Бронниковой.

Они пообещали, что посетят нас уже завтра. А это означает, что нас с Захаровым ждёт ещё одна бессонная ночь. Придётся подготовить все чертежи, довести до ума статью о воздействии электромагнитного поля и рентгеновских лучей на организм человека. Всё это понадобится ордену для рассмотрения.

Теперь мне не придётся обращаться к Ярославу Мечникову за помощью. Я сам работаю в академии, а это означает, что у меня есть право публиковать собственные статьи без участия других лекарей."

"Вернувшись домой, я сразу же сел за подготовку чертежей, а Синицын с Захаровым вырубились. Мы с Максимом договорились, что я подготовлю теорию, а он изобразит на чертежах схему самого аппарата, когда отоспится.

Ближе к двум часам ночи моя работа подошла к концу. Я исписал более тридцати листов. Свою часть я уже выполнил. Остальное — за Захаровым.

— Ох, как же болит голова… — простонал проснувшийся Синицын. — Ненавижу побочные эффекты твоих обезболивающих.

— Ничего, переживёшь, — произнёс я. — У тебя просто давление упало. Можешь выпить зелье-энергетик. Станет намного лучше. А как придёшь в себя — жду от тебя рассказ о твоей татуировке.

— Ох… — поглощая зелья, пробурчал Синицын. — Показать будет сложно. Но раз уж я тебе пообещал, ты сегодня же всё узнаешь.

Илья опустошил склянку с зельем, затем подошёл к вешалке и взял своё пальто.

— Ты куда это собрался? — поинтересовался я. — Тебе лучше отлежаться, дружище. Два часа ночи! Не лучшее время, чтобы бродить по Саратову. Или же ты просто хочешь убежать от ответа?

— Никуда я не убегаю, — усмехнулся он. — Собирайся. Действие этой печати на моей груди объяснить трудно. Проще будет показать на практике. Поверь, после того как ты узнаешь, как работает эта штука, тебе самому захочется приобрести такую же!

Я понял, что Синицына уже не остановить. Да и меня распирает любопытство. Тем более, отпустить его одного посреди ночи я не могу. Лучше отправиться с ним.

— И куда же мы идём? — поинтересовался я.

Илья улыбнулся во весь рот, отворил дверь в подъезд, а затем заявил:

— К женщинам!

Глава 20

Кто о чём, а Синицын о женщинах! Других поводов для беспокойства он обычно себе найти не может. Но уж лучше это, чем зависимости, от которых он совсем недавно излечился.

— Погоди, Илья, — пытаясь нагнать друга, воскликнул я. — Ты же лекарь! Должен понимать, что тебе сейчас нужно отлежаться, чтобы прийти в себя после перелома. Он хоть и не серьёзный, но не все мягкие ткани успели полностью восстановиться.

— Да я всё прекрасно понимаю и ценю, что ты так обо мне беспокоишься, Алексей, — усмехнулся он. — Но ты ведь сам расспрашивал меня насчёт татуировки.