Мечников. Том 8. Луч надежды

Смогли заменить сложные механизмы магическими кристаллами. Я применил электрические, а Павлов — звуковые.

— Мне всё ясно, — закончив изучать краткое содержание патента, произнёс я. — По моему мнению, вам нужно зарегистрировать оба аппарата.

— Разве в этом есть смысл? — поинтересовался сотрудник бюро. — Ведь и тот и другой предназначены для осмотра внутренностей человека, разве нет?

— Смотрите, можете задать этот вопрос господину Павлову и, скорее всего, он даст тот же ответ, что и я. Его аппарат может показывать только мягкие ткани. К примеру, печень, желчный пузырь, поджелудочную железу, почки, надпочечники, селезёнку, простату, матку, яичники.

Я выдержал паузу и решил не уточнять, что этот же аппарат может ещё и сосуды показывать. Для этого потребуется его совершенствование. Лучше придержу этот козырь в рукаве. Возможно, когда-нибудь сам усовершенствую аппарат Павлова, создав методику допплеровского сканирования сосудов.

— Так, допустим, — кивнул мужчина. — А рентген аппарат чем отличается?

— Он может показать весь организм, но мягкие ткани на нём будут выглядеть не точно, — ответил я. — Главная его функция — исследование костей, суставов, лёгочной системы. Иногда кишечника и желудка. Иногда с помощью него можно выявить кишечную непроходимость, а если добавить контраст — на снимке проявят себя язвы желудка, если таковые у обследуемого имеются.

— Хм… — протянул сотрудник бюро, а затем толкнул своего помощника. — Вы всё записали?

— А? Да-да, всё зафиксировал дословно, — закивал молодой человек.

— Отлично. Отправим это в Санкт-Петербург сегодня же. А вы, господин Мечников, ожидайте. На этот раз вы с господином Павловым создали поистине сложные аппараты. Нам придётся ещё долго изучать их строение.

— Ничего страшного, я никуда не спешу, — ответил я. — Главное, прежде чем принять решение, лучше свяжитесь со мной ещё раз. Отказать мне или Владимиру Харитоновичу однозначно будет ошибкой.

Я бы мог навешать им лапши на уши и сказать, что польза будет только от моего изобретения и внедрять в лекарское дело нужно именно его, а Павловский УЗИ-аппарат забраковать. Возможно, я бы даже смог убедить их, но…

Какой я буду лекарь после этого? Миру нужны оба изобретения. Не важно, как рассудит общественность. Выиграю я или он, или, может быть, будет ничья? Это — не важно. Рентген и УЗИ сильно продвинут местную медицину, и таким образом благодаря нашему пари количество смертей в мире сильно сократится.

В конечном итоге после завершения первого осмотра рентген-аппарата я остался доволен. Всё-таки не зря говорится, что в споре рождается истина. В данном случае движущей силой прогресса послужил спор между мной и Павловым, резко усиливший нашу конкуренцию.