Мечта

С кем Костя мог договориться, где находится мой сын?

— Он говорил, что есть женщина, готовая взять на себя функцию няни. Но кто и где она я не знаю. Прости мне было не интересно.

Я слушала их очень внимательно и понимала, что у этих двоих очень много общего. Гораздо больше, чем у меня с Володей. И мне опять захотелось бежать. Вот просто бежать. Обойти каждый дом в Москве, каждую квартиру и найти моего мальчика. Он ведь в Москве, а это всего лишь один город. Меня не волновали деньги, я не представляла что такое четыре миллиона евро. Это выходило за пределы моего понимания. У меня никогда не было таких денег и быть не могло. Но если они есть у Володи, то почему не снять их со счета в банке и не отдать?! Неужели так трудно расстаться с деньгами ради собственного сына?!

Перед глазами проплыла вся моя жизнь с Володей. Вся. С того самого момента как я встретила его у ресторана. Сейчас мое сердце сковывал обруч гораздо более жесткий и болючий, чем после того вечера и той ночи. Я совершенно четко поняла, что несчастна. И причиной всех моих несчастий является он. Да он — мужчина всей моей жизни, тот о ком я мечтала долгими ночами в одиночестве, тот кого любила, именно не за что, а вопреки. Да, что говорить, просто любила и все.

Я больше не хотела и не собиралась здесь оставаться. Я хотела побыть одной и я решила уйти, вернуться домой в мою квартиру и там в одиночестве все осмыслить и понять. Я больше не надеялась, что он этот человек поможет мне вернуть сына. Я даже не осознавала в тот момент, что это и его сын тоже. Моя боль была настолько высока и объемна, что поглощала меня всю, не оставляя мне ни единого шанса на успех. Он подходил по всем параметрам той женщине, которая сидела в гостиной на диване. Они действительно были из одного теста, и они были едины их деньгами, их богатством и их сущностью. Мне не понять и не принять этой сущности…

А они продолжали разговаривать и я пропустила мимо ушей часть их разговора, пока была погружена в мои раздумья. Но то, что я уловила снова заставило меня прислушаться к ним.

— Володя, — говорила она, — я не могу жить в гостинице, и у себя дома я тоже не могу. Если бы ты знал как он бил меня, я плакала, кричала, умоляла его остановиться, а он не слышал, или не хотел слышать, или просто получал удовольствие избивая меня. Я упала на пол, а он пинал и пинал, пока я перестала слышать и видеть. Когда я очнулась его уже не было и было темно. Я вызвала скорую и пролежала больше месяца в больнице. Я боюсь его. Понимаешь — боюсь и прошу твоей защиты.

— Я дам тебе дополнительную охрану. И будешь жить в своем доме.

— Оставь меня здесь. Они такие же охранники, как и он. Я не верю им. А сюда, к тебе он не сунется. Он побоится быть пойманным и твои люди преданы тебе, они его не пропустят.