Мечтать полезно, милый босс!

Потому он уверенно нацепил маску холодного равнодушия и собирался носить ее, пока не увидит хоть малейший сигнал к изменению стратегии.

Екатерину же никакие маски не останавливали:

– Игорь Валентинович, попросили перенести совещание на час, у бухгалтерии какая-то цифра не сходится.

– Я понял, спасибо.

– У вас все хорошо? Хотите кофе?

– Более чем не хочу.

– Ой, а вы случайно не простыли? На улице так резко похолодало! Хотите, добуду вам градусник?

– Не надо. Екатерина, вам заняться больше нечем?

Она вздохнула:

– Вашими стараниями мне всегда есть чем заняться.

– Тогда сделайте одолжение.

– Не могу! – она глянула на него упрямо. – Не могу, если вижу, что вы грустный, хотя обычно веселый и улыбающийся!

– Вам показалось. Я всегда такой.

– Ну да… – она будто бы обиделась. – Даже не спросили, как наше свидание со Славкой прошло, хотя столько помогали в этом вопросе! Кстати, я не думаю, что теперь есть необходимость поддерживать сплетни о нас с вами – все уже и так сработало!

– Вы не представляете степень моего облегчения, Екатерина. Сразу кофе захотелось. Сделаете?

– Конечно!

Ответила она бойко, метнулась к двери, но замерла в шаге от выхода и вдруг сказала спокойно и совсем другим тоном:

– Я знаю, что происходит, Игорь.

Тебе стало неприятно меня видеть и изображать чисто профессиональные отношения.

– Да неужели, – удивился начальник.

Катя так и не обернулась к нему:

– Да, я все прекрасно понимаю. И только намекни – я сразу напишу заявление об уходе. Я совершенно серьезно говорю. Я слишком тебя ценю, чтобы доставлять хоть какие-то неудобства.

– Я подумаю, – ответил Игорь сухо.

 – Если не помру от недостатка кофеина.

У Катюши теперь тоже испортилось настроение, но она была оптимистом и по привычке свято верила, что это напряжение – временное. Припомнила, что сразу после, кхм, инцидента Игорь вел себя очень расслабленно, будто бы ничего странного не произошло, а он так обычно и коротает все выходные ночи – в обнимку с первой попавшейся секретаршей. Потом и вообще предложил для Славки любовь изображать, что уже тогда показалось немного неуместным. У любой же взаимопомощи какие-то границы есть. И вот, накрыло.

Запоздало и предсказуемо. В бассейн он вчера не пришел, на пробежках тоже не появлялся, а смотрит на нее так, словно не рад видеть и удивляется, что она все еще делает в его приемной. Про увольнение Катюша не соврала – если шеф скажет, то она вмиг в воздухе испарится. Но притом будет ощущать сожаление – если они двое разойдутся на такой ноте, то навсегда и останутся лишь неприятными воспоминаниями. А если удастся пережить некоторый период взаимной неловкости, то потом вновь станут друзьями.