Media Sapiens. Повесть о третьем сроке
Талантливому специалисту по пиару, «медийщику», в принципе всё равно, на кого работать, – он фанатик самой медиа, то есть СМИ. Поэтому он переметнулся из одного лагеря в другой, разрабатывая изощрённые схемы PR-ходов, вплоть до «информационного теракта». В конце концов он сам становится жертвой PR-акции, где люди гибнут уже всерьёз…«Когда из стеклянных дверей метро выплеснулась на улицу первая порция людей, готовящихся начать трудовой день, где-то слева бухнул взрыв. То есть сначала никто и не понял, что это был взрыв. Просто какой-то достаточно громкий хлопок и все. Затем, когда пространство затянуло едким дымом, и раздались первые женские визги "человека гранатой убили", началась всеобщая паника. Толпа бросилась в разные стороны, гонимая общим страхом».
Но, ввиду того, что Алексеев бывал тут редко, а меня они и вовсе не знали, граждане курящие решили, что наши уши не могут представлять для них угрозу и продолжили свой спич.
– Толя, я уверяю тебя, – с жаром говорил мужик с журналом, – время пассивного непротивления прошло. Нужно действие! Мы и так уже довольно погрязли в междоусобице, где каждый отстаивает собственный дискурс! Пора понять, что нас спасёт только объединение! Свои права нужно отстаивать не в кабинетах и коридорах, а на улицах!
«Ты что ли, старый козёл, на улицу пойдёшь? Или ты как всегда отмажешься в стиле „я знаю тех, кто знает тех, кто пойдёт“? Говорящий в данный момент был знаком мне по мелькающим кадрам с митингов „гражданской оппозиции“. Второй очень сильно смахивал на интернет-лидера новых славянофилов, патриотов или как они ещё себя сами называли. Мне показалось, что я даже знал его фамилию, похожую на фамилию старого не то баснописца, не то критика.
– Чтобы объединиться, нужна общая идеология, которую бы все разделяли.
– Она есть, Толя! Мы просто забыли о наследии Синявского, Даниэля. Вполне себе универсальная идеология! Они боролись с режимом на улицах!
«Ты ещё Елену Боннер помяни. Тоже мне, диссидент кухонный», – подумал я.
– А здоровья у вас хватит, мужчины? Для улицы? – заметила тётка.
«Умная баба. Зрит в корень, надо бы познакомиться поближе».
– А что здесь с удобствами? – в полголоса спросил я Алексеева.
– В части?
– В части столовой, парковки. Ну, эти, знаете, условия для комфортного ведения бизнеса. Чай, кофе там.
– Я, честно говоря, тут редкий гость. Узнаю.
В этот момент в курилку залетел козлобородый юноша небольшого роста, с приросшей к уху трубой мобильного:
– Во сколько повесили плакаты? Что? Ночью? А как? Прямо напротив приёмной? И что, говоришь, не сняли до сих пор? Да? Я тебе говорил, Паша, они боятся. Не знают, как реагировать. Консультируются. А прессы сколько? Молодцы. Могу тебя поздравить, мы победили! Все, отбой, перезвоню.
Он повесил трубу и обратился к мужикам:"
"– Вы представляете, мы вчера ночью вывесили плакаты напротив приёмной МЧС «Хватит расчищать мнимые завалы! Расчистите Россию от них!» и фотографии Путина, Грызлова, Шойгу. И они не сняли до сих пор! Там три корреспондента у нас, один австралиец. Боятся!
– Вот тебе, Толя, пример! – включился в беседу «всклокоченный». – Выход на улицу! Молодцы ребята. И эти не знают, что делать! Испуг!
«Просто обоссались эмчеэсники, что тут говорить. Сейчас баррикадировать двери начнут и жечь документы. А сами „борцы“, наверное, повесили плакаты где-то за углом и хихикают, как мыши за плинтусом. Да, судя по всему, работа тут шла нешуточная.

















