Media Sapiens. Повесть о третьем сроке
Талантливому специалисту по пиару, «медийщику», в принципе всё равно, на кого работать, – он фанатик самой медиа, то есть СМИ. Поэтому он переметнулся из одного лагеря в другой, разрабатывая изощрённые схемы PR-ходов, вплоть до «информационного теракта». В конце концов он сам становится жертвой PR-акции, где люди гибнут уже всерьёз…«Когда из стеклянных дверей метро выплеснулась на улицу первая порция людей, готовящихся начать трудовой день, где-то слева бухнул взрыв. То есть сначала никто и не понял, что это был взрыв. Просто какой-то достаточно громкий хлопок и все. Затем, когда пространство затянуло едким дымом, и раздались первые женские визги "человека гранатой убили", началась всеобщая паника. Толпа бросилась в разные стороны, гонимая общим страхом».
Давай мы тоже какое-нибудь кино снимем?
– Например?
– Например, «Олимпию-2». Про то, как проебали конкурс на проведение Олимпиады в Москве.
– Ха-ха-ха. Идея хорошая. Надо подумать.
– Подумай.
– Ладно, созвонимся.
Когда я уже почти погрузился в иронические размышления о возможных декорациях для «Олимпии-2», в дверь постучала моя секретарша:
– Антон Геннадьевич, к вам Яша. Говорит, что серьёзное дело.
– Пусть заходит.
Яша с той же подобострастно дурацкой улыбочкой входит в кабинет, держа перед собой, как икону, лист бумаги.
– Яша, если можно, короче.
– Я писал репортаж о грядущей встрече восьмёрки. И все никак заголовок не мог придумать. В статье рассматривались позиции западных политических лидеров по отношению к России в целом, и самому президенту в частности. Озабоченность по проблемам свободы слова, правозащитных организаций, делу «Юкоса» и прочего. Репортаж закончил тем, что жена президента Франции до сих пор не знает, как зовут президентского лабрадора.
– Ну и что? Из пустого в порожнее. Избитый, но всё-таки действенный приём повторения ранее сказанного. Имеет место быть.
– Нет, Антон Геннадьевич. Я вас сегодня послушал, и меня осенило! Вы посмотрите, какой заголовок из-за лабрадора получился.
Я беру протянутый мне листок и вижу заголовок, который просто потрясает меня своей наглостью и шельмовством:
Как зовут собаку Путина?
Западные политики спустя восемь лет не могут ответить на вопрос:
Who is mister Putin?
– Молодец мальчик, понял, – удивлённо говорю я. – Гениально. Просто гениально.
– Ага. Как вышел из кабинета, так и срослось.
– Кстати, художник не должен оставаться голодным. – Я открываю сейф, достаю триста долларов и протягиваю ему. – Знаешь, что такое первый постулат в медиа?
– В известном смысле, но не уверен, Антон Геннадьевич, – чуть смущённо отвечает он.
– Быстродействие. Это когда гонорар за сегодняшний сюжет ты получил ещё вчера. Причём неизвестно, вышел ли твой сюжет сегодня.
– Спасибо, теперь понял.
– Только не увлекайся особенно – за каждый заголовок столько же не получишь.
"Когда за ним закрывается дверь, я встаю, беру из хью-мидора сигару, обрезаю её и долго раскуриваю. Потом я подхожу к окну и смотрю на бегущие по улице машины, потом дальше, на строящийся дом в глубине переулков. В голову мне приходят всякие сентиментальные мысли вроде того, что «растёт смена», «вот и я кого-то научил» или «я сам был таким когда-то».

















