Мелисанта. Наследница дара

Неброский вечерний макияж выделил и без того огромные глаза, высокие скулы и полные губы. Мой наряд состоял из двух частей. Нижнее серебристое, длинное, шелковое платье на тончайших бретельках обрисовывало силуэт, но не обтягивало его. Верхнее же - представляло собой переплетение тончайших нитей, украшенных всевозможной изысканной вышивкой и мелкими розовыми и белыми бриллиантами. Оно обтягивало верх и руки, как вторая кожа, а от талии ниспадало более свободно. Этот наряд ненавязчиво сверкал при каждом моем шаге и непроизвольно притягивал ко мне взгляд.

Естественно, этот шедевр снова нужно было носить исключительно без белья. Так что, чулки и микротрусики опять были на мне. Туфли на высоченных каблуках дополняли мой образ.

В парадном зале императорского дворца уже собрались все самые значимые политические фигуры, как нашей страны, так и соседних государств. Все ждали появления правящей династии Монтийских. Заиграла торжественная музыка, и взоры присутствующих обратились к возвышению, установленному у дальней стены помпезно украшенного зала.

Император Эдуард Себастьян Монтийский под руку с Императрицей Селиной прошел к специально для них установленным пышным креслами в центре постамента.

Усадив жену, правитель с достоинством занял свое место. Я шла вслед за ними и опустилась в кресло рядом с отцом. Фредерик расположился подле матери. За спинкой кресла Императора встал герцог Штольм. Отец поднялся и произнес торжественную речь:

- Приветствую всех собравшихся сегодня в этом зале! Я безмерно рад тому, что этот день, наконец, наступил. Моей дочери, наследнице престола, Мелисанте Монтийской, исполнилось двадцать три года! Совсем скоро она станет невестой, а впоследствии и женой достойного мужчины.

В решении этого ответственного и сложного вопроса я целиком и полностью доверяю принцессе. С днем рождения, моя дорогая! Да, начнется бал!

Когда мы вернулись на постамент, бал официально считался открытым. Штольм ненавязчиво протянул мне мою бальную карточку. Бросив на нее мимолетный взгляд, я буквально оцепенела. Там не было ни одного свободного танца! Я обязана была танцевать весь вечер на пролет!

К нашему возвышению потянулась нескончаемая череда знатных и именитых гостей, желающих выразить свое почтение, произнести положенные поздравления и, конечно же, потанцевать с прекрасной именинницей.

Богиня, дай мне терпения вынести все эти экзекуции!

Я сидела в своем кресле, отдыхая после очередного танца с еще одним воздыхателем, влюбившимся в меня с первого взгляда, и с тоской взирала на всю эту сиятельную знать, которая погрязла в лицемерии и лжи.