Мент

– Ну, сейчас ты можешь плести что угодно, – не поверил Бабкин. – Тебе ведь надо спасать шкуру.

– Подожди, – оборвал его Андрей и надолго задумался. За множеством ненужных, грязных подробностей он опасался упустить важное. То, что могло сработать именно сейчас и дать стопроцентный результат.

– Говоришь, Полежаеву нужна была кассета? – повторил он.

– Да, – подтвердил Калина.

– Ну хорошо, допустим, убил ты меня, получил кассету… И что дальше?"

"– Я должен был позвонить ему.

– Какого черта мы тут сидим?! – Андрей с досадой поморщился. – Тащите сюда телефон. Если все, что ты сказал, подтвердится и Полежаев расколется, – он обращался к Калине, – обещаю первым же рейсом отправить тебя в родной Минск.

Чтобы это произошло, ты тоже должен помочь мне.

Калина хотел кивнуть и вдруг спохватился.

– А кассета? – спросил он осторожно.

– Ее не будет. А Полежаев не станет указывать на тебя. Ему это невыгодно.

– Да ты что, Андрей?! – возмутился Бабкин. – Хочешь отпустить этого гада?

– Зачем рубить сук, на котором сидим? – холодно отозвался тот, сообразив, что ответил словами Бухало, окажись тот на его месте. От этой мысли Андрею стало не по себе.

Тем временем Дорофеев раздобыл телефонный аппарат и протянул его Калине.

Тот покачал головой.

– Сначала руки.

Дорофеев только сейчас заметил, что капитан все еще в наручниках. Когда недоразумение было улажено, он вручил Калине телефон и приказал:

– Давай, звони своему Полежаеву, Дрожащим пальцем тот набрал номер и приложил трубку к уху. Секунд двадцать спустя проговорил:

– Соедините меня, пожалуйста, с Сергеем Федоровичем.

Около минуты опера провели в напряженном ожидании. Не выдержав, Бабкин даже припал к трубке ухом, объяснив свое нетерпение тем, что «лишний контроль никогда не помешает». Наконец на другом конце провода кто-то подал голос, что и засвидетельствовал Бабкин, подняв над головой указательный палец.

– Да-да, все в порядке, – негромко проговорил Калина. – Кассета? – Он посмотрел на Андрея и, поймав его взгляд, кивнул. – Да, она у меня, и мы можем встретиться. – Внезапно голос его дрогнул. – Не можете? Сейчас на дачу?.. Ага, понятно… Подъедет секретарь? На серебристом «Опеле». Понял. – Калина вдруг замялся, а потом извиняющимся тоном пробормотал:

– Нет-нет, я один. А повторяю, чтобы лучше запомнить… Да, буду на месте. – Он положил трубку и, тяжело вздохнув, пояснил:

– Через час на Краснопольской у аптеки меня будет ждать его секретарь. Ему я должен отдать видеокассету. Все.

– Неужели? – хитро прищурился глаза Бабкин. – А мне показалось, что Полежаев обещал кое-что взамен.

– Да, ты прав, – не стал темнить Калина. – Обычно, когда я передавал ему документы, взамен получал небольшой сверток или конверт с деньгами.