Лесной гамбит

– Думаю, про убийство княжны в Краснодаре все слышали. Так вот, лазутчики и предатели империи для того дела из ваших варнаков наняли. Так что лучше не доводите до греха. Уходите, пока я совсем не разозлился, – мрачно предложил Шатун.

– Погоди, сударь. Княжну убили, оно понятно. Но тебя-то это каким боком касаемо? – не унимался мужик.

– То невеста моя была, – ответил Руслан, заставив всех собранных невольно вздрогнуть. – Так что с вас, крапивное семя, я еще долго виру брать буду. И не деньгами. Кровью.

– Бога не боишься, невинные души губить? – набрался храбрости ответить заводила.

– Бога вспомнил? – зловеще усмехнулся Руслан. – А когда девицу невинную убивали, о гневе его не думали?

– Так то ж не мы! – взвыл мужик, шарахнувшись от его усмешки.

– А мне теперь все одно, кто. Я вас, твари, и раньше терпеть не мог, а теперь и подавно давить стану, – зашипел Шатун, выхватывая револьвер.

Дружно ахнув, толпа ринулась в разные стороны. Казаки, для придания им ускорения, принялись орудовать нагайками, направляя это стадо дальше в степь. Громко свистнув, Руслан собрал своих бойцов и, глядя вслед бегущим, спокойно приказал:

– Ежели узнаете, что кто-то из них вернулся, сразу мне рассказывайте.

Вернувшийся отряд встречала целая делегация. Городской голова, полицмейстер и еще пара каких-то чиновников, среди которых Шатун приметил мундир жандарма."

"– Как прикажете это понимать, господин штабс-капитан? – высокомерно спросил голова, шагнув вперед. – Что вы себе позволяете?

– То, что требует от меня моя служба, – холодно отозвался Руслан, даже не делая попытки слезть с коня.

По светской табели о рангах подобное поведение являлось вызывающим. Для разговора с человеком выше себя по чину Руслан должен был сойти с коня. Но сейчас ему было абсолютно все равно, кто перед ним. Идет война, а эти чинуши даже не пытаются навести в приграничном городе хоть какой-то порядок. Злость и обида давно уже выжгли в его душе свое клеймо, так что для подобных индивидов у него был только один ответ. Так надо. Благо служба позволяла ему отвечать подобным образом.

– Но вы осмелились вмешиваться в дела службы полиции и жандармерии, – тут же влез в разговор полицмейстер.

– Если потребуется, я ваши службы вообще упраздню, – фыркнул Руслан.

– Что?! Как? – растерялся голова.

– Получу приказ, так и пулей, – хмыкнул Шатун и, тряхнув поводом, толкнул коня каблуками.

Казаки, все это время стоявшие у него за плечами, двинулись следом, окидывая собравшихся чиновников презрительными взглядами. Растерявшиеся от такой наглости чинуши замерли, словно статуи, не понимая, что происходит.