Лесной гамбит

На личную доблесть и тому подобную муру ему было на данном этапе глубоко наплевать. Главное, избавиться от опасности, а дальше план война покажет. Шла война, и кичиться собственной храбростью означает ослабить боеспособность подразделения. Тут требуется общая стойкость и доблесть всего отряда.

Именно эти нехитрые истины он старался довести до сознания каждого казака. И судя по всему, ему это удалось. Впрочем, это было и не удивительно. Восторженных мальчишек тут не было. Все казаки были люди бывалые, послужившие и на своем веку повидавшие всякого. Так что в их умении слушать команды Руслан не сомневался.

Так что целостность оружия и амуниции Шатун у своих бойцов проверял регулярно и требовал от хорунжего отчета о состоянии здоровья казаков и их коней. Ведь иного транспорта тут просто не было. Краем глаза Шатун замечал, что призванные внимательно наблюдают за его действиями и присматриваются к тому, как экипированы его подчиненные. Подшитая брезентом кошма, которую его бойцы использовали вместо спальных мешков, их удивила, а качество оружия заставило задуматься.

К полудню вторых суток отряд подъехал ко входу в ущелье, и Руслан, объявив привал, приказал подъесаулу отправить в ущелье разведку. Но следопыт, окликнув своего старого приятеля, вызвался добровольцем. Понимая, что это будет наилучшим решением, Шатун просто кивнул, давая им разрешение действовать.

– Ваше благородие, а чего сразу их не отправил? – помолчав, удивленно спросил подъесаул.

– Станичниками командовать тебя казачий круг поставил, так что через голову прыгать неправильно будет, – спокойно отозвался Руслан.

– Благодарствую, княже, – неожиданно поклонился казак.

– Прикажи пока чаю вскипятить. Разведку ждать надо, – помолчав, вздохнул Шатун. – И пусть пока коней обиходят. Но оружие пусть все под рукой держат. Черт их знает, куда они уже дойти успели."

"– Добре, княже, – кивнул казак и, развернувшись, быстрым шагом поспешил к своим ветеранам.

Разведчики вернулись спустя три часа. Присев у костерка, Роман принял от кашевара кружку с чаем и, глотнув напитка, коротко доложил:

– Таким ходом к вечеру тут будут.

– Много их? – быстро уточнил Руслан.

– Я семь десятков насчитал, да только больше их. Почитай, сотня идет, – вздохнул следопыт.

– Однако сила, – протянул подъесаул с заметной растерянностью.

– Потому и говорил, для лихости дурной сейчас не место, – напомнил Руслан. – Так, ночью они из ущелья выходить не станут. Чтобы не заметили раньше времени. Так что для начала мы им тут засаду устроим.

– А после? – не удержался подъесаул.

– А после видно будет. Ежели они лагерем неподалеку встанут, то ночью и начнем, – хищно усмехнулся Руслан.