Мертвые игры 3

— Что происходит? — напряженно спросил у меня Эдвин.

«Гаэр-аш осваивает свои новые способности» — хотела было сказать я, но… не смогла и рта раскрыть. Попыталась снова и… и ничего. У ректора ведь нет Эль-таима, тогда за какой Тьмой?

А Керон, схватившись за сердце, привалился плечом к железной ограде, тяжело дыша и стремительно расстегивая ворот рубашки. Казалось, он был невероятно потрясен тем, что произнес.

— Любопытно, — мне совершенно не нравилась усмешка Гаэр-аша, — для чего же вы это сделали? Согласитесь, вопрос резонен, если учесть, что ранее вы в милосердии уличены не были.

Керон пытался промолчать, гулко сглотнул, рванул ворот и…

— Хотелось, чтобы хоть кто-то утер ваш аристократический…

Он умолк, от изумления округлив свой единственный оставшийся нормальным глаз, и потрясенно воззрился на ректора. Гаэр-аш перевел внимательный взгляд на меня, затем поглядел за ограду, туда, где сидел лекарь лорд Эрсан. И лицо главы Некроса стало маской, злостью сверкнули лишь глаза. Всего на миг. Затем ректор вновь посмотрел на меня и скомандовал:

— На полигон.

Идти туда мне теперь не хотелось вовсе. Хотелось сбежать и спрятаться где-нибудь, подальше и поглубже.

— Что происходит? — Эдвин взял за руку, развернул лицом к себе.

Говорить что-либо я поостереглась, молча пожала плечами, улыбнулась на прощание, и, отпустив его ладонь, шагнула назад. Затем, развернувшись, вошла в распахнутые светящиеся зеленоватым сиянием ворота. И стоило войти, как створки с грохотом захлопнулись. Испуганно обернувшись, увидела завершающий жест ректора, и поняла, кто закрывал вход.

— На середину полигона, — скомандовал Гаэр-аш.

Я последовала приказу, с трудом шагая на негнущихся ногах. Сердце колотилось как сумасшедшее, руки похолодели, страх… я дико боялась предстоящего. Не нежити, нет, не сражения, я до безумия опасалась главу Некроса. Гаэр-аш же, заложив руки за спину, прямой, гордый и несгибаемый, направился к трибуне, Керон последовал за ним на приличном расстоянии, а Эдвин остался стоять у ворот. Мне отсюда было плохо его видно, но хватило знания о том, что он ждет, чтобы собраться с силами и постараться забыть о ректоре, и его новых способностях.

Медленно огляделась — шестой полигон в эту зиму еще никто не использовал, если судить по ровному снежному настилу, хранившему лишь отпечатки моих ног. В противоположном конце от входа, виднелись еще одни ворота, на сей раз выше, мощнее, защищеннее тех, через которые входить полагалось некромантам — вход для нежити. Какую именно нежить заготовил для меня ректор, было неизвестно — за воротами клубился черный дым, скрывающий все.