Мертвые игры 3

Зажмурилась сильно-сильно, чтобы сдержать слезы, открыла глаза, посмотрела на умертвие и тихо сказала:

— Тогда было бы проще не помогать мне сегодня ночью.

Гобби отрицательно покачал головой и написал:

«Память постепенно возвращается ко мне. Память о прошлой жизни. Я был знаком с темными лордами и должен предупредить — Норт и Гаэр-аш становятся темными. В них просыпается темная кровь. Высокомерие, нетерпимость, агрессивность и не умение проигрывать ни в чем».

Перевела потрясенный взгляд с листка на Гобби, умертвие кивнул и продолжил писать:

«Твоя измененная кровь повлияла.

Не столкнись вы из-за Мертвых игр они остались бы прежними».

Он некоторое время постукивал грифелем карандаша по листку, словно размышлял, стоит ли писать дальше.

— Продолжай, — тихо попросила я.

Наверное, лучше бы не просила.

«Ты должна доказать что сильная не ради меня, я смирился со своей смертью и не хочу, чтобы ты из-за меня рисковала. Ты должна доказать, что ты сильная темным лордам».

— Гобби, — я устало покачала головой, — Гобби, у меня впервые с момента смерти дяди появилась цель, помимо фанатичного стремления избавится от опеки отчима.

Для меня очень важно вернуть тебе жизнь. Для меня важно знать, что я могу, я смогла, для меня…

«Темные лорды не отпускают своих женщин. Никогда.» — решительно и быстро написал зомби.

Нахмурившись, я попыталась было объяснить, что выбора у них нет, и я никогда не соглашусь и…

Но Гобби снова начал писать. Резко, рваным почерком, как-то зло:

«Их кровь еще не проснулась. Еще нет, они пока почти люди. Почти. Дастел моложе — он потеряет все человеческое первым. Гаэр-аш старше, сильнее, он не отступит даже сохраняя человеческую кровь.

А ты особая, Риа, ты не прогнешься — скорее сломаешься.»

Я уже ничего не говорила, лишь молча и напряженно читала то, что ожесточенно строчил Гобби.

«Много думал, много. У тебя два пути есть. Первый — уйти к вечным, но ты никогда не примешь их безразличия к чужой жизни и жестокости. И второй — Даргаэрш Рханэ».

От этого имени меня передернуло. Да и кого бы не передернуло, при упоминании министра магии седьмого королевства. Страшный человек. Поговаривали, что он практически невосприимчив к магии отступников, потому что за его спиной стоит ведьма.

Правда не ясно кто — жена или теща.

— Министр Рханэ страшный человек, — пробормотала я.

«Но человек, — написал Гобби, — чья жена хороший друг высшего демона, а потому Рханэ неприкосновенен даже для темных лордов».

Теперь вот я очень заинтригована была.

«Его покровительство — твоя свобода» — закончил Гобби, и перечеркнул оставшееся на странице место, словно подводя черту под сказанным.

Несколько долгих секунд я сидела, молча, раздумывая над его словами. Затем отрицательно покачала головой.