Мертвопись

И кабинет на том же этаже, что и его временное рабочее место.

Минут десять поизучав список, он отправился по лестнице наверх. Теперь предстояла вторая часть спектакля. Не особенно ломая голову из-за повода, который бы позволил ему войти в чужой кабинет, Гуров прошел по коридору, поглядывая на номера кабинетов. Возле двери с номером 68 и табличкой «Дознаватель старший лейтенант полиции Казарина Ирина Владимировна» он остановился и вежливо постучал:

– Простите, к вам можно войти?

– Да, пожалуйста, товарищ полковник!

Из-за стола поднялась невысокая худенькая девушка в ладно сидящей форме.

Пухлые губы, забранные в хвост на затылке светлые волосы и взгляд, в котором не было испуга. Все-таки московский проверяющий вошел, полковник из самого министерства.

– Ирина Владимировна, кажется? – Гуров сделал кивок на дверь.

– Да, чем могу помочь, товарищ полковник? – Пухлые губки растянулись в обаятельной улыбке.

– Да вы садитесь, садитесь, – сделал покровительственный жест рукой Лев. – Я вот чего к вам зашел. Вы все-таки женщина, у вас может быть в кабинете элементарная чайная сода. Понимаете, изжога что-то с утра одолела.

А в аптеку еще дойти надо или просить кого-то. Вот я и подумал, что у вас может быть сода.

– Ой! – обрадовалась Казарина и с готовностью бросилась к шкафу, стоящему напротив ее стола. – А ведь и правда есть. Хорошо, что вы ко мне зашли, товарищ полковник. У меня у самой частенько бывает такое. Говорят, просто пищевод так устроен. Вот возьмите, я вам сейчас воды налью.

Девушка протянула Гурову упаковку «Гевискона» и стала наливать в стакан воду из графина, а Лев тем временем осмотрелся в кабинете. Чистенько, по-женски уютно, даже несмотря на казенную обстановку.

Казалось бы, обычный офисный стол, кресло, как у всех, небольшой столик слева с графином, стаканом. Салфетка расстелена, а на ней еле заметно отпечатался след электрического чайника. И сейф обычный, как во всех кабинетах, и шкаф у стены. Но вот календарь на стене с кошечками, вазочка с композицией из сухих веточек и эта салфетка – очень по-домашнему.

Посидев немного в кабинете и поболтав с девушкой на общие темы, Гуров изобразил, что ему стало лучше, горячо поблагодарил свою новую знакомую, но тут дверь кабинета открылась, и на пороге растерянно застыл начальник уголовного розыска.

– Виноват, товарищ полковник, – сказал Половец, замерев с автомобильными ключами в руке.

– Вы к Ирине Владимировне? – с важным видом спросил Гуров.

– Я… э-э… собственно, – замялся Половец. – Я к вам, Лев Иванович. Хотел узнать, как продвигается проверка, не надо ли начать что-то устранять в нашей работе, нарушения и тому подобное.

– Нормально продвигается, – сухо ответил Гуров и поднялся. – Спасибо за помощь, Ирина Владимировна.