Мертвопись

Но подполковник Семанов – заместитель начальника управления по оперативной работе, а это совсем другая ситуация.

Правда, надо отдать должное подполковнику – никаких ресторанов, шумного застолья. Только фуршет в кабинете, на который пришли руководители подразделений. Шампанское, хороший коньяк, нарезка из супермаркета, поздравления коллег. Гурову пришлось произносить свою речь сразу после поздравления начальника управления. Лев ограничился общими фразами, поскольку оперировать заслугами подполковника не мог за неимением информации об этих заслугах, это были в основном пожелания.

Удобная форма поздравлений – если ничего хорошего о виновнике торжества сказать не можешь, желай ему всего, что в голову приходит, или того, чего тебе хотелось бы в нем видеть."

"Собственно, многие на этом фуршете отделывались дежурными фразами. Лев стоял с бокалом шампанского в руке и слушал сотрудников. Все происходящее навело его на интересные выводы. Семанова в управлении не любили, это точно. Красивые и правильные слова говорили, поздравляя подполковника, все, но искренности, конкретики в этих поздравлениях не было.

Не было дружеского тепла, а ведь служба в полиции – не самая простая работа. Здесь дружеское плечо, здесь полицейское братство, взаимопомощь, просто моральная поддержка, но Гуров сейчас этого не чувствовал. По роду своей службы Лев много ездил по стране, много провел проверок подразделений уголовного розыска, во многих подразделениях работал во время сложных событий или серьезных преступлений федерального уровня, когда они с Крячко выезжали для оказания помощи местным органам. Сплоченность в коллективе видна всегда и сразу. И по отношению подчиненных к своему начальнику тоже многое видно почти сразу. А здесь, за эти дни работы, да еще вот на этом фуршете у Семанова, он увидел, что коллектив не в самом лучшем состоянии. Каждый сам за себя, почти вражда между подразделениями, когда каждый пытается подставить другого и защитить себя, любимого. Даже в одном подразделении и то каждый сам за себя. Нет коллектива, это было очевидно. Зато есть определенные группировки. И видеть это было неприятно. Ведь некоторые паразитируют именно на таком положении дел в коллективе. Можно не работать, можно скрывать заявления, не регистрировать, можно не работать по определенным делам.

Вчера вечером они с Дубовым покрутились возле участкового пункта на Бирюзовой. Гуров узнал в участковом Мирошине того самого капитана, который приезжал на место происшествия. И сейчас сыщик присматривался к майору Гришанину, который был начальником этого участкового. Что собой представляет этот человек, знает он о том, что дела по суициду Моревой нет в природе, или все делается с его ведома? Точнее, «не делается».