Мертвопись

Скорее всего, большинство работоспособного населения укатило в Москву трудиться. Первым делом Лев заехал к Таисии Максимчук. Увидев его машину, она поспешила выйти на улицу. Ее первым вопросом было все то же: как там Виталий? Лев ответил, что сам лично Лунного не видел, но говорил с представителем клиники, где тот сейчас находится.

– Вам есть с кем хотя бы на время оставить детей? – в общих чертах рассказав о том, что удалось услышать от сотрудника КЭМТ, спросил он Таисию.

– Да, могу оставить у мамы, у сестры… И на день, и на неделю… А меня что, могут пустить к Витале? – с надеждой в голосе произнесла она.

– Не исключено, что в ближайшее время вы его увидите. Во всяком случае, с сотрудником клиники этот вопрос мы обсуждали, – подтвердил Гуров и на всякий случай поинтересовался: – Вы не припомните, еще до того, как… ну, Виталия признали умершим, к нему не приходил человек, скажем, как будто немного не в себе? Он мог быть высокий, чуточку сутулый, худой…

Немного подумав, Таисия неуверенно произнесла:

– Знаете, вроде был такой. Да, был! Этот тип приехал в тот день, когда Виталя дома отсутствовал – он уезжал с картинами в Москву.

Мужик этот приехал на белой машине, он был в каком-то непонятном балахоне наподобие монашеской рясы с капюшоном. Торкнулся в дверь, немного постоял, о чем-то подумал и поплелся обратно к машине. Видела я его издалека, поэтому номер даже не прочитала. Подходить не стала – что-то не пустило. Какой-то он – да, замороченный, с большой «загогулиной» в мозгах. Это было единственный раз, больше я его не видела.

Далее Лев отправился в местную администрацию, которая представляла собой две комнаты в бывшей колхозной конторе. Пройдя через сени в приемную старосты, где возилась с бумагами его помощница, он попросил дать координаты деда, минувшим днем приходившего сюда за справкой для предоставления в район на дотации по коммуналке.

– Так дедов вчера было трое, – развела руками помощница старосты. – Его как зовут?

– Как зовут, не знаю, но он такой, среднего роста, был в коричневой куртке и синей вязаной лыжной шапочке. С ним разговаривал мой напарник, полковник Крячко.

– А-а-а! – просияла приятной улыбкой женщина. – Станислав Васильевич? Такой эффектный, импозантный мужчина… Я все поняла.

Вам нужен Заборков Юрий Афанасьевич. Он живет в самом конце села, на улице Столичной, дом двадцать. Вот, сейчас поедете направо, потом прямо и – там увидите.

Выходя из администрации, Лев не мог про себя не отметить: «Ну, Стас! Ну, бабник! Минут пять тут покрутился, и местные дамы от него уже без ума!» Он сел за руль и минут через пять езды по сельским улицам остановился у добротного кирпичного дома под зеленой крышей из новенькой металлочерепицы. На его звонок в калитку из дома показался хозяин.