Мертвопись

– В общем, я там приводил в порядок могилы моих родителей. Их нет уже лет около семи – они погибли во время пожара, – поведал он Гурову с оттенком горечи на лице. – Кстати, из-за этого я оттуда и уехал – после гибели отца и мамы видеть это село больше не могу. Так вот, занимаюсь я делами – траву дергаю, там, подметаю, памятник и оградку подкрашиваю и тут вдруг слышу что-то наподобие ударов в бубен и какого-то ритуального пения. Очень было похоже на тувинский горловой напев. Закончил я уборку, иду к машине. Думаю, что за представление? Вышел из-за кустов, а около могилы художника какой-то мужик – высокий такой, сутулый, в балахоне – с бубном выплясывает…

– На глаз, его рост примерно какой был? – уточнил Лев, внутренне все больше и больше убеждаясь в том, что этот тип – именно тот, кто им и нужен.

– Немного ниже вас, где-то метр восемьдесят с небольшим… У меня, как видите, рост метр семьдесят, так что для меня он высокий. Худой, как вешалка…

– Лицо разглядели?

– Ну… Так, в общих чертах. Я от него был метрах в двадцати. Значит, его лицо… Глаза посажены глубоко, нос крупный, борода средняя, аккуратно подстрижена.

Лоб покатый. Одет был в длинный белый полотняный балахон с капюшоном. Наподобие монашеских. Меня увидел – сразу свои пляски закончил и тут же куда-то ушился.

– С ним был кто-то еще?"

"– Нет, больше никого не заметил. Да, кстати! Когда я уже подходил к своей машине, невдалеке от ограды в кустах заметил зеленую «Мазду». Вот номер ее толком не запомнил. Да я и не думал, что он может понадобиться. В памяти только две цифры и застряли. Помните же «Пиковую даму»?

– А-а! Тройка, семерка, туз? – догадался Гуров.

– Точно! – рассмеялся Дмитрий. – Только там чуть наоборот – семерка, тройка, а вот третья цифра в извилинах не отложилась. Да я и эти-то запомнил лишь благодаря «Пиковой даме»…

Задав Еремехину еще несколько вопросов и договорившись с ним о составлении фоторобота подозреваемого в Прокловском РОВД, Лев отправился восвояси. Выезжая на трассу в сторону Москвы, он созвонился с начальником Прокловского ОВД Цепиловым и сообщил, что где-то через час к ним приедет важный свидетель, чтобы со специалистами райотдела составить фоторобот. Не успел закончить разговор и отключиться, как сразу же телефон запиликал мелодию песенки Шаинского о друге.

Стас был весел и оптимистичен.

– Лева, как дела? У меня – сплошной «хокей». Кардана взяли, как говорил Лелик, «без шума и пыли». Картина найдена. Это действительно Поленов.

– Аккуратно сработали? Амбара не подставили? – поинтересовался Лев, проворно уходя на обочину от летевшего навстречу «Порше». – Вот козел! Вот скотина! – охарактеризовал он автохама, проводив его взглядом в зеркале заднего вида.