Месяц за Рубиконом

– Ты меня помнишь?

Я внимательно посмотрел на стражу. Конечно, я сейчас вижу в темноте гораздо лучше, чем человек. Но стражи так сильно меняются…

– Играешь на пианино? – спросил я.

Стража, еще недавно бывшая человеческим мальчиком, покачала головой:

– Стало неинтересно.

– Понимаю.

– У нас тридцать куколок, – похвасталась стража. – Два монаха, только они сами еще не очень умные. Шесть стражей, восемь жниц. Хранитель.

– Дарина? – спросил я, хотя мне было очень страшно это произнести.

– Пока Дарина. Но скоро хранителем станет Лю. Она очень хочет. Из окна выпрыгивала, чтобы к нам отвезли.

– А, – сказал я, вспоминая. Как же давно все это было. – Вот ведь глупая.

– Девчонки, – сказала стража с неизжитой еще мальчишеской заносчивостью. – Ты пойдешь к Дарине?

Я кивнул.

– Иди, – сказала стража. – Она грустная очень. Она обрадуется, когда ты придешь.

– Спасибо… – Я на миг задумался и вспомнил. – Спасибо, Рома.

– Ро, – поправила меня стража. – Теперь я Ро.

Я похлопал его по руке и пошел вглубь Гнезда. Потом сообразил, остановился.

– Хочешь шоколадку?

Конечно же, он хотел.

Я шел по Гнезду, мне даже странным казалось, что раньше я здесь плутал. Голос Гнезда, возбужденный и растревоженный, сопровождал меня. Надеюсь, Дарина его не слышит.

Дверь в каморку под лестницей была прикрыта, но не заперта, как это принято у Измененных. Я постоял, собираясь с духом.

И вошел.

Дарина спала. Лежала на полу, на накиданных друг на друга матрасах, затянутая в черный комбинезон жницы. Измененным требуется куда меньше времени на сон, порой они просто лежат с закрытыми глазами, погруженные в легкую дрему, но сейчас Дарина действительно спала, я это чувствовал. Рядом с ней лежала открытая книжка, тускло светила включенная в розетку настольная лампа с выкрученным на минимум диммером.

Я постоял, глядя на нее. Она была такая хрупкая и беззащитная. Я вспомнил, что боялся ее, когда первый раз обнял. И как она отдалась мне в пустом разрушенном Гнезде. Как светились ее глаза – восторгом и страхом.

Я ведь даже сам не знаю, в какой момент понял, что люблю ее.

Поставив пакет у дверей, я очень тихо присел рядом с Дариной, потом лег, обнял ее. Дарина пошевелилась, я замер, но она продолжала спать.

Тогда я закрыл глаза и тоже уснул.

* * *Вложенная Фортом память вновь догнала меня во сне.

Наверное, это было какое-то виртуальное пространство – пузырь из света в черном космосе. Где-то далеко-далеко в стороне синей каплей мерцала Земля, рядом серой запятой – Луна.

Инсек стоял на задних лапах, паря в облаке света. Нижняя часть его туловища мерцала красным, будто ошпаренная. Напротив него, раскинув руки, замерла человеческая фигура, вся из колеблющегося темного пламени.

Вначале я подумал, что они сражаются.