Месть до первой крови

— Ладно, — неохотно согласился Толик, — завтра еще разок журналиста этого вызову… а еще лучше его жену – та точно что—нибудь да сболтнет. Ну а чего там с записью, опознала кого-нибудь эта свидетельница?"

"— Обоих опознала, Толян! Один – Василий Катасонов, чиновник из Администрации, а заодно человечек небезызвестной нам Софьи Патровой. Второй – Андрей Толашов, подручный питерского воротилы – конкурента Патровой.

— А кто такой этот воротила?

— Вопрос в цвет! Дмитрий Кастецкий – крупный питерский бизнесмен, почетный гражданин города Санкт-Петербурга, спонсор, меценат и прочее тому подобное…В 1994 году был обвинен по статье бандитизм и незаконное хранение оружия… в определенных кругах имеет погоняло Кастет.

— Даже так… — снова помрачнел Василенко. — И ты думаешь, он тоже кассетой интересовался?

— А что, вполне возможно. На кассете его человек в неформальной обстановке общается с директором конкурирующей фирмы. На какие размышления это его должно наводить? Разве, что люди Кастецкого сработали бы чище – и с Черных, и с Дорофеевым. А при нашем раскладе – оба убийства явно непродуманные, спонтанные. А в случае с Дорофеевым убийство вообще случайность. Это явно был непрофессионал.

— Слушай, — снова осенило Толика, — а может, это так было задумано? Труп Черных месяц не могли опознать, свидетелей в обоих случаях нет, следов хоть и море, но они нам ничего не дают.

— Для Кастецкого это слишком тонко. Вряд ли, Толь… Пока самая перспективная фигура у нас – Катасонов, его бы на допросы потаскать и «наружку» за ним пустить. Еще бы хорошо телефон послушать. Напишешь постановление?

— Напишу, коли надо… чего ж хорошему человеку не написать?

— Говорят, Галина приехала сегодня? Не видно ее что-то…

Толик безнадежно и даже озлобленно махнул рукой:

— Галина твоя… больше она мне не друг. Я-то думал она человек, а она…Представляешь, прокатилась за государственный счет в Питер, а с завтрашнего дня и вовсе в отпуск сматывается. А мне – мало того, что дело это поганенькое про журналистку достанется, так ещё и остальные Галкины дела подкинут. Вот кто она после этого?

Максим сильно удивился – Галина вообще была из тех, кого в отпуск силком выгонять надо. А тут сама ушла, да еще так внезапно, даже дело до суда не довела. Может, у нее случилось что? Но долго Максим на этом факте не задержался, не до Галины ему было. А Толик, который жаловаться на несправедливость судьбы очень любил, мог говорить еще долго.

Максим его перебил:

— Ну, я пойду, мне еще по работе… там… нужно.

— Куда? Рабочий день уже закончился – по домам пора. Пойдем пивка попьем, а?

— Не, Толь, — засобирался Федин, — я кассету, похоже, у Сухаревой оставил. Надо забрать.

— Да чего ты. Там все равно копия была.

— Все равно непорядок, надо забрать.