Месть до первой крови

Люся – пышнотелая миловидная блондинка лет сорока пяти в нежно-сиреневом медицинском халате – действительно оказалась душевным человеком. Даже предложила Кате чай, пока сама искала в картотеке заявку на почерковедческую экспертизу от следователя Осколовой. Правда взамен ненавязчиво начала выведывать, кто Астафьева такая, да как ее занесло в их городок. Катя отвечала.

Найдя заявку, эксперт сноровисто отсканировала лист письма Черных и образец ее почерка, изъятый у Токаревой. Запустив программу, она не переставала вести с Катей разговор:

— А Галочка разве не предупредила, что раньше, чем через неделю ничего готово не будет? – Катя, как будто извиняясь за наставницу, пожала плечами. — Загруженность у нас большая, Катенька – ты не против, если мы на ты, да? Да ничего страшного, сделаю – понимаю, все-таки дело об убийстве…"

"Люся – а по-другому эту женщину называть было невозможно – работая в программе, время от времени делала какие-то пометки ручкой в блокноте. Видимо, сколько не оснащай определенное поколение людей, они все равно уверены, что техника техникой, но лифт ломается чаще, чем лестница.

— Сейчас-сейчас, Катенька, — торопливо говорила женщина, — полчасика подождешь, я закончу и официальное заключение напишу…

— Мне хотя бы в общих чертах знать – почерк совпадает?

— Почерк? Определенно нет. Очень интересный материал, кстати. Если Галочка будет не против, я эти образцы в своей научной работе потом использую. Видишь… — она принялась водить стержнем ручки по монитору, — на образце почерк острый и высокий, а в письме хоть и стараются буквы вытягивать, но невооруженным взглядом видно, что делают это намеренно. Да и буковки очень округлые. Еще чая, Катенька?

Астафьева, которая привстала, чтобы лучше рассмотреть буквы, снова упала на стул в растерянности. Ей и в голову не приходило подвергать сомнению авторство письма. А теперь выясняется, что это писала не Черных. Тогда кто? Ответ сам собою напрашивался – Линка. У нее вполне бы хватило фантазии и наивности подделать письмо Натальи. Вот только зачем?..

— Люся, а почерк со вторым образцом можно также сравнить?

Эксперт укоризненно посмотрела на Астафьеву и, наверное, решила, что новая следовательница невероятно наглая. Но со вздохом сказала:

— Можно, в принципе...

Загрузив в программу образцы почерка Лины – изъяты они были неофициально, но Осколову, похоже, это не смущало – Люся, сощурившись, бегло их просмотрела и решительно сказала:

— Нет, здесь я быстро ничего тебе ответить не смогу. Подробно каждую буковку смотреть нужно.

— Люся, — взмолилась Астафьева, — есть хоть малый шанс, что эти образцы написаны одной рукой?

Женщина, пожалев, Катю, снова начала сличать образцы, отмечая что-то в блокноте и бормоча под нос.