Лилия на ветру

Повесив пальто, Лия заказала чайничек молочного улуна. Хотела ещё к нему и чизкейк, потом решила, что всё-таки дождется девочек. Она приехала в кафе почти на полчаса раньше.

Есть время побыть одной и подумать.

Лия выставила перед собой правую руку. На указательном пальце красовалось крупное серебряное кольцо ручной работы. Больше ни одного украшения. А могло быть обручальное.

Интересно, как быстро слухи расползутся по городу и будет ли резонанс? Лия подозревала, что будет.

Вчера невеста одного, завтра другого…

Попахивает падшей женщиной, Лилия.

Тогда отчего она улыбается? Немного грустно, немного саркастически.

Ей предоставили выбор. И мама с утра сказала, что Лия поспешила.

Можно, конечно, всё переиграть. Вернуть кольцо Таширову. Даже не самой… Давида, например, попросить. Сказать, что она бредила, не понимала, что делает. Что госпитализация отчима и предшествующие бессонные ночи сказались на её эмоциональном состоянии.

Что она, наконец, поддалась слабости.

Только почему стоило представить лицо Родиона во время возврата, как её охватывала дрожь? Лия прислушивалась к себе. Она же не хотела за него замуж! Точно нет, хотя бы из-за того, как он с ней поступил в первую встречу.

Но и вернуть кольцо не могла.

Её что-то останавливало.

Не пускало дать «заднюю». Честь, о которой не принято говорить в отношении девятнадцатилетних девушек?

О чести в их век вообще очень мало принято говорить. Но в их семье это понятие чтили. Если кто-то давал обещание, он его сдерживал. Папа Ринат, Давид ли. Мама.

Лия не могла вспомнить, чтобы её кто-то обманывал из родных. Бывало дело, что Давид разыгрывал. Но шутки и шарады — другое.

Девушка отдавала себе отчет, что девяносто девять процентов окружающих её людей постоянно врут. Неосознанно. Потому что так привыкли. Ложь легко срывается с губ в общении, пытаясь приукрасить быть, оправдать не совсем приличный поступок. Обещание, которое никогда не будет выполнено, потому что оно не имеет ценности для говорящего.

Поэтому Лия отчасти и считала себя хорошей правильной девочкой.

Легко ли ей было жить?

Пока — да.

Потому что за её спиной, плечами всегда стояла семья.

Скоро у неё будет своя собственная.

Без всяких «возможно».

— Лия Таширова, — негромко сказала она и сразу добавила: — Лилия Таширова.

Она пробовала новое имя на вкус. Странно и непривычно.

Но звучало красиво.

Родион сказал, что дату свадьбы она может выбрать сама. Какую она предпочитает?

Лия даже календарь в телефоне открыла.

А платье? Она выбирала его для свадьбы с другим мужчиной.

В принципе кощунственно думать о пышной свадебной церемонии, когда папа Ринат болеет. Ни через месяц, ни через два он не восстановится полностью. Лия убрала в сторону телефон и вздохнула.