Месть бывшего босса

– Я плохая мать… Я это знаю… Но я хочу спасти его, хочу, чтобы мой мальчик жил! Если он все еще жив, мы должны его отыскать. Пойдем, прижмем этого гада прямо сейчас? – тихо шепчу я.

– Я заметил, что ты вчера там порезвилась без меня. Что, не удержалась? – строго спрашивает он и я краснею. У меня нет слов для оправдания.

– Не удержалась, прости…

– Ничего, милая, я все понимаю, после того, что ты пережила, ты держишься еще молодцом! – он нежно обнимает меня и я снова ощущаю его мощную поддержку. – Мы ему отомстим вместе, но позже! Пусть сперва расскажет нам все, что нам нужно!

Мы встаем и идем на кухню, быстро пьем кофе, затем спускаемся в подвал.

Я беру с собой, заранее приготовленную, пачку соли и ставлю чайник. Будет весело.

Держа в руке пачку крупной соли, я склоняюсь над скулящим в беспамятстве Сергеем. Он, кажется, меня не слышит. Он где-то глубоко внутри себя. Представляю, какой у этого подонка шок. Только он может издеваться над другими, а его – никто не смеет и пальцем трогать. Да уж, вот его судьба подставила… Сейчас он узнает, что такое настоящая боль!

Зачерпнув горсть, я внимательно смотрю на Павла, он утвердительно кивает, и я начинаю втирать эти белые кристаллы, в раны Сергея, медленно, специально загоняя микроскопические зернышки под кожу, особенно тщательно я обрабатываю солью обожженные участки.

Он визжит, как резаный, у меня закладывает уши от его крика. Слава богу, соседей нет рядом. Втерев всю пачку соли, в его окровавленное тело, я довольная, присаживаясь на корточки."

"И как я могла любить его? Не понимаю. Я передергиваю плечами от презрения к самой себе и направляюсь к электрокамину. Я беру черенок от лопаты и немного “подогреваю” его.

Возвращаюсь к Сергею. Подхожу к нему вплотную и выдергиваю фалоимитатор из его ануса.

– Пожалуйста, отпусти меня! Я больше не могу! – кричит Сергей в исступлении.

– Конечно, отпущу, как только ты скажешь мне, где мой сын, только скажи и я тебя сразу же отпущу. – я конечно же, вру, я и не собираюсь его отпускать. Но ведь и он множество раз врал мне, что мои мучения вот-вот прекратятся, а становилось все только хуже.

– Я не знаю где он, клянусь! Мы его бросили там, когда тебя забирали, мы оставили пацана одного! – кричит Сергей, корчась в агонии.

 – Помажь мне чем-нибудь грудь, пожалуйста, очень больно! Отвези меня в больницу!

– Ты должен понять, кто здесь главный, а кто кусок дерьма! – сказав эту фразу, я резко вгоняю ему в разработанный зад раскаленный черенок от лопаты. Сергей кричит и переходит на ультразвук.

Его лицо краснеет, а в глазах от напряжения лопаются капилляры. Еще немного и он отключится. Вот и все стихло, но я не собираюсь его, так просто отпускать. Я подношу к его носу нашатырь на вате. От резкого запаха он открывает глаза.