Месть женщины

«Если не помогло шампанское, быть может, поможет секс», — мелькнуло в сером веществе под светло-платиновыми волосами.

Ничего нового, но приятно. Плюс с минусом, соприкоснувшись, образовали маленькое облачко тепла и согрели хотя бы на несколько секунд.

Странное время суток — ночь. Голова работает четко. От этой четкости мысли впору на стенку залезть…

Черт, она не лесбиянка, но почему тогда так меня обхаживает?.. Материнский комплекс? Что-то не верится. Я ее ненавижу. И еще больше за то, что она со мной так ласкова. Что сделать, чтобы ее проняло? Эта ханжеская доброта, от которой меня просто воротит. Даже этот дебил Фантик сказал: «Теперь я убедился воочию, что значит христианская доброта». Тоже мне, святая с партбилетом.

Мама изображает кающуюся грешницу. Так вошла в роль, что, думаю, сама в это верит. «Все время чувствую себя распятой на кресте собственной совести», — это теперь ее любимая присказка. И А-2 туда же. Он бы Старуху на руках носил, да не поднимет.

…Репетируем у нее на даче. В костюмах и как бы на публику. А-2 переворачивает «Рихтеру» ноты. Вечером пьем чай — дружная семейка. В воздухе витает искусство, словно святой дух. Старуха пригоршнями рассыпает полезные советы, которые берется помочь воплотить в жизнь. Я должна перевестись в ГИТИС («Поговорю с ректором!»). «Рихтеру» нужно взять садовый участок («Подсоблю со строительством»). «Сашуле» купить мягкую финскую мебель в его квартиру на Мосфильмовской («Позвоню директору мебельного в Медведково»).

Бродила по саду с сигаретой в зубах и в Старухиной дубленке на плечах. Тихо. Пахнет осенью и тленом.

Они легли почивать: сама видела, каким вожделеющим взглядом обрисовала Старуха А-2. А он ответил ей ужимкой кролика. Вышел «Рихтер» — тоже не спится и тоже одиночество заело. Затянул нудьгу про неприкаянность артиста в нашем мире, про соблазны, обещанные искусством и не выполненные жизнью. Ненавижу нытиков и боюсь. Это очень заразно.

Одна… Хорошо, что есть А-1.

Дурь накатывает после концерта…

Весь успех достался Старухе. Мне — два жалких букетика гвоздик. В ресторане Старуха провозгласила за меня тост. Обозвала «неимоверно талантливым ребенком». А-2 надрался. Напряжен. Тоже не может без нормального секса. Еще удар хватит.

Полжизни бы отдала, лишь бы увидеть, как у них все происходит в постели.

Серое утро.

Я точно влипла. Никакая это не задержка — уже так муторно по утрам. И грудь стала жесткой. (Это, кстати, заметил А-1.) У меня всегда месячные нерегулярны, а потому не придала поначалу никакого значения. По-видимому, это случилось в «дни принцессы» на тигровой кровати.

Старуха, ты очень мстительна!!!

Ненавижу себя!

А-1 говорит, что аборт делает из женщины обыкновенный антрекот. Он мне сочувствует и называет природу «старой ханжой».