Месть женщины

Сьюзен вскочила и подпрыгнула вверх на целый метр, что окончательно убедило Сью-младшую в том, что этот тип и есть та самая диковинка, привезенная миссис Джонсон из Танзании.

— Я убью этого ублюдка! — взвизгнула Сьюзен и издала боевой клич в регистре колоратурного сопрано. Она кинулась было наперерез Тэду, но вдруг, споткнувшись обо что-то, растянулась лицом вниз на траве и застыла в этой позе как мертвая.

— Эй, вставай, что же ты… — Сью-младшая наклонилась над ней и увидела ручеек крови, вытекающий из-под левой ляжки. — Тэд! — окликнула она брата. — Скорее сюда! Кажется, этот тип повредил свой новый фаллос. Бедняжка. Господи, да сколько же крови… — Она попыталась перевернуть Сьюзен на спину, и когда ей наконец удалось, громко вскрикнула и в ужасе отшатнулась.

Фаллос сломался пополам, и из него торчали неровные обломки пластмассовой трубки.

Детство Синтии Маклерой прошло в одном из больших южных поместий, помнящих о войне Севера с Югом. Она была романтична и темпераментна от рождения. К тому же ей рано попался в руки роман Маргарет Митчелл «Унесенные ветром». Прочитав его за один день и ночь — Синтии было в ту пору двенадцать — она мгновенно вообразила себя Скарлетт О’Харой, а обширное поместье отца называлось мысленно не иначе как «Тарой».

Их сосед, прыщавый балбес Томми Голдсмит, сын банкира, оказался вовлеченным в эту пышную постановку знаменитого романа, где ему отвели роль Эшли Уилкса. Он об этом не догадывался, но с удовольствием целовался в залитом лунным светом саду со своей очаровательной, взрослеющей не по дням, а по часам соседкой.

Южная кровь начинает закипать раньше крови северной, однако за Синтией следили в оба. До поры, до времени, разумеется. В частном женском колледже в Атланте, где девушка проучилась пять лет, преподавали исключительно старые девы и ветхие мумии, лет эдак пятьдесят назад бывшие существами мужского пола.

Зато здесь можно было без помех мечтать об Эшли-Томми и представлять его таким, каким он, разумеется, не был и не мог быть.

В то лето Синтии исполнилось семнадцать. В ее жилах текла капля креольской крови, жар которой не смогли охладить несколько пинт холодной крови выходцев из Глазго, Шотландия. Она изнемогала от любви к своему Эшли, которого не видела почти два года — он учился в Далласком техническом колледже, а на каникулы ездил по делам отца в Европу."

"Семейство Маклероев устраивало самое настоящее барбекю[40]. Это была идея матери Синтии, очаровательной Луизы Маклерой, обожавшей наряжаться в парижские туалеты и твердить при этом, что она до мозга костей дочь старого плантаторского Юга.