Месть женщины

Страсть, о которой нам было известно из книг и спектаклей и которую мы умело имитировали.

Однажды Алеша сказал:

— Как жаль, что это происходит просто так, и никто этого не увидит. Впрочем, постой-ка… У Сашки есть кинокамера. Я попрошу его сделать о нас с тобой фильм.

Я тоже загорелась этой идеей, забыв о ком-то третьем, который в этом случае станет свидетелем того, что не может происходить при свидетелях. Но я была дитя театра, я обожала публику и в то же время научилась про нее забывать. Алеша тут же позвонил Саше, и он вскоре уже был у нас.

Мне было неловко раздеваться под Сашиным любопытным взглядом, хоть я и знала этого парня чуть ли не с детства. Алеша заставил меня выпить вина и стал раздевать сам — медленно, картинно красиво, изображая из себя опытного ловеласа.

Я быстро забыла про Сашу и его камеру. Мои движения стали плавными и картинно изысканными, я не физически, а эстетически наслаждалась тем, что делала сама и что делал со мной Алеша. Потом мы выпили еще вина, и Алеша вдруг воскликнул:

— Идея! Сашка, я тоже хочу поснимать. Я должен видеть это со стороны. Я просто умру, если не увижу!

— Но я не могу заниматься любовью с Сашей, — сказала я и почувствовала, как вспыхнули мои щеки. Саша был красив мужественной и в то же время одухотворенной красотой.

— Глупенькая, ведь ты будешь только притворяться, будто занимаешься с ним любовью. Ты будешь, так сказать, имитировать сексуальные действия. Как на сцене.

— Но ведь это… нельзя имитировать, — возразила я, представив вдруг, как Сашин член войдет в меня, и почувствовала приятную слабость в низу живота.

— Почему? — самым искренним образом изумился Алеша. — Ведь ты актриса, и все это будет как на сцене. Тебе же приходится обниматься и целоваться на сцене.

— Да, но я… Понимаешь, я люблю тебя, а не Сашу! — выпалила я и почему-то смутилась.

— О, уж что-что, а это я знаю, моя сказочная фея. — Алеша подошел сзади, обнял меня за плечи, заставил запрокинуть голову и жадно впился в мои губы. Но это был театральный поцелуй, и я ответила на него таким же. — Вот. Видишь, как я тебя люблю, — сказал он и опустился передо мной на колени. — Пожалуйста, прелесть моя, сделай то, о чем я тебя прошу. Я очень, очень прошу тебя об этом.

Я заметила, что Саша не спускал с меня глаз. Его пальцы нервно барабанили по столу.

— Но ведь это будет называться изменой. Правда, Саша? — неожиданно обратилась я к нему за поддержкой.

Он опустил глаза. Алеша истерично расхохотался, уткнувшись лицом мне в колени.

— Я так хочу снять этот фильм! Я уже придумал все мизансцены, — заговорил он глухо. — Мы выдвинем тахту на середину комнаты, разбросаем по ковру цветы и зажжем много свечей. Да, кстати, ты, Сашка, наденешь презерватив…

В конце концов я согласилась — я не могла отказать Алеше ни в чем.