Место для битвы

«Я знаю, кого выставит мой муж»,– сказала тогда княгиня.

«Кого?»– спросил Свенельд.

«Асмуда».

И вопрос был снят. С точки зрения воеводы, против Асмуда у Сереги шансов не было.

«Кажется, я вляпался»,– подумал Сергей.

Обидно, что Асмудом оказался тот самый боярин-варяг, который поглядывал на Духарева с явной симпатией. Даже если Свенельд ошибался и Серега окажется сильнее – что хорошего в том, чтобы убить единственного союзника во вражеском стане?

«Может, он не станет со мной драться?» – с надеждой подумал Духарев.

– Ты отказываешься? – с неменьшим удивлением спросил князь.

– Ровня ли он мне, батька? – проворчал боярин.– Гридень храбрый, не спорю, но, может, поищешь кого… попроще?

– Не ровня, говоришь? – Игорь прищурился.– А не тот ли ты Серегей-варяг, что как-то убил в Смоленске Хайнара-сотника?

Вспомнил!

– Тот,– подтвердил Духарев.

«Сейчас предъяву сделает»,– подумал он.

Но князь поступил иначе.

– Видишь, Асмуд, этот гридь не так уж прост, как ты думаешь. Ну?

– Добро,– без охоты согласился боярин.– Я встану. Только… Слушай меня, варяг! Может, решим без боя? Не хочу я тебя убивать.

– А я – тебя,– отозвался Духарев.

– Но откуда ты знаешь, что именно я буду убит?

Боярин усмехнулся.

– Ты храбр,– сказал он.– Только еще не было такого, чтобы Асмуд, сын Стемида, собрался кого-то убить – и не убил.

И то, как он это сказал, очень не понравилось Духареву. А еще меньше понравилось, как мягко и почти бесшумно соскочил с седла этот немолоденький, в тяжелых доспехах витязь, ростом почти не уступающий Сергею. И тигриная походочка Асмуда Духареву тоже совсем не понравилась.

Дружина раздалась, освобождая место. Асмуд вытянул меч, а из притороченного к седлу кожаного чехла – двуручную нурманскую секиру.

Провернул в руке легко, словно метательный топорик.

Духарев, который собирался было попросить у Устаха большой щит, тут же отказался от этой мысли.

Что-то знакомое было в манере этого княжьего боярина. В том, как он управлялся с оружием. Что-то очень похожее… на Рёреха! А Духарев еще не забыл, как ловко орудовал одноногий старик тяжелой секирой. Такое забудешь! Получше управлялся, чем любой нурман, так что тяжелый неуклюжий щит становился скорее помехой, чем защитой.

А у этого буйвола и ноги целы, и силища невероятная, сразу видно. Нет, тут нужен не щит, а…

Духарев шагнул к Элде – и взял у нее легкое метательное копье-сулицу. Услышал удивленный возглас кого-то из дружинников. Кажется, он и киевского витязя сумел немножко удивить. Но не смутить.

Духарев проверился: все ли на месте, все ли в порядке? Если среди боя вдруг развяжется шнурок на сапоге – это будет неприятно."

"Асмуд ждал. Он тоже оценивал, изучал, искал слабину, планировал, как вести бой, чего опасаться.