Место нашей любви

Теперь и не докажешь, что я не по своему желанию домой раньше времени вернулась. Ну почему мне с мужчинами всегда не везёт? И главное, номер комма не оставил, конспиратор!

После прилёта домой он стал преследовать меня в моих снах, голый, горячий и жаждущий меня. Чтобы успокоиться, я черпала в этих откровенных видениях вдохновение и постоянно рисовала. Мастер сестры Натки, как узнал, что я прилетела, чуть ли не на коленях умолил посетить галерею и самой посмотреть на плоды нашего совместного труда. Он был в полном восторге, ведь все картины были проданы ещё в первый день выставки.

Я сдалась, так как все равно нужно было чем-то заняться помимо рисования. Вик, смотрящий на меня с большинства картин, пугал своими ярко-синими глазами, так разительно меняющими его облик. Натка извратилась над моими рисунками и очень качественно загримировала его под землянина. Если не знать, с кого срисовано, ни за чтобы не догадались, что это манаукец.

Вот и второй день отдыха подошел к концу, и я поняла, что очень тоскую по безумствам и авантюрам. Мама укоризненно поглядывала в мою сторону, приговаривала:

— Не успела вернуться, уже скучает!

Сестра тоже была постоянно занята, ей один унжирец предложил нарисовать его портрет.

В дверь постучались, я удивилась такой вежливости и оторвалась от затянувшего меня процесса рассматривания мелких трещин на потолке. Нахмурилась, прислушиваясь к звукам за дверью.

— Линда, я войду? — спросила мама, чем очень обеспокоила.

С каких это пор она стучится? Обычно сразу врывается. Странно.

— Да, конечно! — выкрикнула я в ответ, садясь на кровати.

Мама вошла, обвела недовольным взглядом мой творческий беспорядок, который я создавала два дня.

Если признаться, я даже чемодан не распаковала, там, наверное, грязное бельё уже скисает. А мне вот лень. Не хочу, не буду…

— Вот, — протянула мама карту, — четыре дня развлечений, только перестань ныть. Понимаю, что учёба сложная и отнимает у тебя все силы. Покупаешься в бассейне, на дискотеку сходишь, только перестать с таким лицом ходить, словно я тебя ничем кроме лимонов не кормлю.

В полном недоумении посмотрев на маму, забрала у нее карту и тут же радостно завопила, бросившись ее обнимать.

Она купила мне тур на станцию отдыха «Дионис» — мир разврата и порока! Хорошо, что мама об этом не ведает! Я радостно верещала ещё минут пять, любимая маман довольно улыбнулась и предупредила, прежде чем уйти:

— Вылет через три часа.

— А-а-а-а! — сменила я тональность, бросаясь к шкафу.

Мне же столько надо вещей перерыть, чтобы купальник найти в этом хламе.

Как же я мечтала провести на этой всем известной станции хотя бы два дня, а лучше три, а тут четыре! Маме путёвка, конечно, встала в копеечку, но как же я рада.