Метель

Как оказалось, кроме дел компании больше нам говорить не о чем. Не сейчас. До тех пор, пока я не приму их отношения, свыкшись с мыслью, что Соня теперь для меня невестка.

– Меня тоже, – сухой ответ без определённого решения. Не решил ещё, буду ли присутствовать на свадьбе. Даже матери не смог ответить.

– Тебе придётся присутствовать. Родного брата так просто из жизни не выкинешь…

– Отец просил поговорить? – обрываю Муреева, прекрасно понимая, с какой стороны дует ветер нравоучений.

– Лёш, ты пойми – остаться безучастным не получится. Через десять дней Соня станет частью вашей семьи.

Вам всё равно придётся сталкиваться на семейных праздниках, находиться за одним столом и решать общие вопросы. Она занимает не последнее место в компании Мельниковых. Да, за границей, но дело общее. Ты не сможешь при виде её отворачиваться и делать вид, что вы незнакомы.

– Понимаю, но относиться ровно пока не могу.

– Отец считает, если ты начнёшь новые отношения, союз Димы и Сони станет тебе безразличен.

– Отец считает… – хмыкаю, потому что всё решили за меня. Как всегда. – Мне не двадцать лет, чтобы обратить внимание на нужную девушку, на которую укажет пальцем отец.

– Это не самый плохой вариант.

– Но и не лучший.

– Для начала хотя бы просмотри варианты. Ты ещё ни одной не видел, а уже кричишь: «Это не моё».

Уверен, что отец с Муреевым и списочек передал, где галочками отмечены подходящие мне девушки.

– Жень, это же не брюки и не рубашка, на которых указан размер S, M, L. Это душа, возможно, чистая и ранимая. Я же не товар в витрине магазина выбираю, исходя из цвета, качества пошива и бренда, а человека, который встанет рядом и пройдёт со мной часть пути.

– А что, были попытки?

– Были. Сидишь в дорогом ресторане, смотришь в голубые глаза красивой блондинки и понимаешь, что тебе всё равно. Пусто и тихо. И нет никакого желания продолжать вечер и переступать черту, потому что и через месяц ничего не изменится, если тебя не прошибло в первые пять минут. Ещё через два будет не о чем говорить, ужин будет проходить в тишине, а секс станет обязаловкой, где каждый будет думать: «Быстрей бы всё закончилось». Плавали, знаем.

– Вот мне с женщинами не бывает скучно. – Муреев ведёт плечом и ухмыляется, вспоминая, видимо, о чём-то личном.

– Это потому, Евгений Валерьевич, что ты их меняешь каждую неделю. Имена хоть запоминаешь?

– Не всегда, – морщится, а затем в унисон взрываемся смехом.

И пока едем в нужном направлении, Женя рассказывает, как последние пять раз знакомился с девушками, которых звали Виктория. Записал их в телефоне под порядковыми номерами, чтобы не перепутать, но, в конце концов, всё же ошибся, за что и поплатился истерикой и битьём посуды.

Издалека замечаю машину Горохова.