Метель

– Не понял, тебя за это уволили?

– Да. Потом соседка оповестила, что деду плохо, и я сорвалась сюда. Шеф позвонил, сказал, что аукцион закончился досрочно и фирма выбрана. Как ты понимаешь, не наша. Во всём обвинил меня.

– Аукцион мог быть завершён по разным причинам.

– Вот и я об этом, но, увы, слушать меня шеф не стал. Сказал, что я в отпуске с последующим увольнением, и в этот же день пришёл расчёт.

– Может, не всё потеряно? Вернёшься, шеф к этому моменту остынет и будет готов к конструктивному диалогу.

– Нет, – издаю едкий смешок, вспоминая Власова. – Он человек, движимый эмоциями.

Вспыхнул – сделал, остыл – сделал вид, что так и планировалось. Если и чувствует свою вину, никогда не признает. Именно поэтому сам не присутствует на переговорах. У человека проблемы с контролем гнева, который вырывается в самый неподходящий и, как правило, решающий момент.

– С таким, наверное, сложно работать?

– Очень. Но я терпела, потому что место хорошее и оплата приличная.

И ведь предлагали мне перейти в другое место, но я, удерживаемая привычкой и страхом перед новыми обязанностями, отказалась. Сглупила, и как итог – моё нынешнее положение.

– То есть ты теперь здесь останешься?

– Уже нет.

Вспоминаю так вовремя появившегося Москвича, который дал мне шанс начать всё сначала.

– Я понял, – цокает Сказочник, – поэтому согласилась пойти в тайгу на соболя?

– Да.

Не желала признавать, но Лёша сам озвучил причину, отмахиваться от которой глупо.

– Чувствовал я, что-то не так. Ильич ведь много раз говорил, что ты не сторонник охоты, а тут согласилась.

– Выбора особо не было. Снимаю квартиру с подругой, а одна она не потянет. Да и желания оставаться нет.

А после очередного погружения в прошлое оно и вовсе испарилось.

Никогда не смогу я смириться с постоянным перемыванием костей, вмешательством в жизнь всех и вся и тишиной небольшого посёлка. Кристина каждый день спрашивает, когда вернусь, не получая точного ответа. Я бы и сама сорвалась, но дед ещё слаб, да и теперь меня здесь удерживает ещё кое-что, а точнее, кое-кто. И на его груди я сейчас лежу. И меньше всего я задумываюсь о том, что у Алексея есть невеста, да и встреча произошла не вовремя и не в том месте. Мне хорошо рядом с ним. Этого достаточно.

– Я спросить хотела… С мужской точки зрения… – мнусь, не зная, как правильно сформулировать вопрос и рассказать о своём фиаско. – Если бы тебе девушка позвонила… много раз, что бы ты о ней подумал?

– Много – это сколько? Десять?

– Немножко больше… Сто.

– Сто?! – выкрикивает, удивляясь, а я зажмуриваюсь, стыдясь собственных действий. – Я бы решил, что меня домогается какая-то сумасшедшая!

– Вот и Мельников, наверное, так решил…

– Кто?! – Мужчина ощутимо напрягается, а рука сжимается на моём плече.