Метка драконов. Княжеский отбор

Спокойно дописал в приглашении текст, оставляя росчерк своей подписи, после чего со вздохом отложил стило и буднично поинтересовался:

— Ну, и что уже успело произойти?

***

Дэм

После встречи с Таритареном в душе остался неприятный осадок. Даже больше: я едва сдержал внутреннего зверя и магию, рвущиеся с цепей, и приложил все усилия, чтобы прямо в том кабинете не уничтожить соперника.

Никлаус ходил по острию лезвия и прекрасно это ощущал, но продолжал стоять на своем. Собираясь прикоснуться к тому, что ему не принадлежит. На что он не имеет никакого права.

Отобрать?

Да никогда!

В душе взметнулась жуткая, темная ярость, вырвавшаяся наружу рычанием. От этого тихого угрожающего звука пробегающий мимо слуга выронил поднос с пустыми тарелками и бокалами, посуда с громким стуком ударилась о пол и разлетелась по коридору.

Бедняга гулко сглотнув, замер истуканом, притворяясь каменным изваянием с трясущимися поджилками. Вот только, где он видел сами по себе мелко потряхивающиеся камни? Недоработка!

Резко остановившись, метнул в него уничтожающий взгляд, от которого нерадивый мальчишка рухнул на колени, отполз к стене, в попытке слиться с нею.

Остальные слуги, находящиеся в коридоре, также замерли, с опаской поглядывая на меня и с сочувствием ― на парня.

— Одна минута, чтобы убрать здесь все! — громко рявкнул, возобновляя шаг и возвращаясь к своим нерадостным мыслям, краем уха слыша за спиной облегченные вздохи и лепетание слуг. Всего на секунду кольнуло виной, тут же сменяясь негодованием в сторону младшего брата.

Нужно будет на рождение Никлаусу подарить губозакаточный артефакт! Если он, конечно, доживет до этих славных дней.

Мальчишка!

«Ухаживать, видите ли, он за ней собрался!» — зло сощурился, стискивая ладони в кулаки. — «Нет уж. Брат он нам или не брат, а девчонка Таритарену не достанется!»

Едва сдерживая бушующие эмоции, с размаху открыл дверь в кабинет близнеца, запечатал ее магией и под удивленным взглядом Анхеля возвел дополнительную защиту на кабинет. Устроившись в мягком кресле, прикрыл глаза, подавляя взбесившуюся внутреннюю суть. Тонко чувствующий меня Анхель не торопился закидывать вопросами, за что был ему благодарен.

Сквозь волны постепенно утихающей злобы, возмущения и совершенно нерационального уважения к нашему младшенькому, услышал спокойный, отрезвляющий голос близнеца, понимая, что время, выделенное Анхелем на мое успокоение вышло:

— Ну, и что уже успело произойти?

Сделав медленный вдох, затем такой же выдох, распахнул глаза.

— Представляешь, Анхель, у нас появился конкурент, — язвительно известил его.

Анхель не то от того, что увидел в моих глазах, не то от новости отшатнулся, нахмуриваясь.