Метка драконов. Княжеский отбор

Опешив от неожиданности, гулко сглотнула, не в силах отодрать себя от окна и сделать шаг назад, словно находилась под заклятием паралича или столбняка. Не важно. А важно то, что теперь я могла увидеть и манящие вишневые мужские глаза и лазурно-зеленые, при встрече с моими вспыхнувшие сейчас непонятной для меня эмоцией.

— Анхель, — сорвалось с губ помимо воли. И именно это и вывело меня наконец из ступора.

Понимая всю неловкость и странность ситуации, испуганно отшатнулась и наступила на край длинного тюля, запутавшись в нем, нелепо взмахнула руками и с громким вскриком рухнула на пол, больно ударившись копчиком о пол.

Тихо зашипев от боли, прострелившей низ спины, кряхтя и зло сопя, перевернулась на бок, покраснев от стыда.

— Вот это полет мне довелось увидеть, — услышала хоть и вялый, но полный насмешки голос. — Надо же, едва не проспала заход на посадку лэрди Стаунхаус. Ну, так и будешь пол протирать?

«Очень смешно», — мысленно проворчала, вскидывая голову и с беспокойством глядя на пришедшую в себя подругу.

Но я не могла не заметить: несмотря на некрасивое падение, меня обрадовало, что все-таки довелось узнать, кто из наследников был под окнами.

«Н-да, Лея. Сто магочков к твоей глупости».

И тут до меня окончательно дошло: подруга пришла в себя!

* * *

Альхея — небольшое многолетнее неплодоносное деревце с густыми зелеными глянцевыми листиками. Листья со сменой погоды не опадают, дерево «цветет» круглый год

Глава 18. Тонкие и толстые нити

— Даяла! — взволнованно воскликнула. Быстро вскочила на ноги и едва вновь не рухнула на пол, снова запутавшись в тюле.

Чтоб его разорвало.

Отодвинув коварную и, как оказалось, травмоопасную ткань пяткой, подскочила к подруге, обеспокоенно заглянула в ее личико, отмечая слабую улыбку и капельки испарины на лбу, но в целом она выглядела не так уж плохо. О своей глупой ревности я разом как-то и позабыла. Состояние подруги сейчас было важней.

— Как ты себя чувствуешь? — сдерживая волнение, тихо спросила, осторожно притрагиваясь к ее прохладной руке.

— Не то чтобы шикарно, но я бы сказала — сносно, — призналась она, нахмуриваясь и озабоченно оглядывая меня. — А ты? Вижу, что всяко лучше, чем я.

"В ее голосе не было упрека или язвительности, более было похоже на то, что и сама Даяла переживала за меня, маскируя страх за насмешливостью и неумелой шуткой. Но все равно во мне проснулось чувство нерациональной вины. Словно это я была виновата в том, что Яла в таком состоянии, и ей порядком досталось на испытании.

Кстати, об испытании.

Куснув губы, заерзала, не зная, как правильно начать интересующий меня разговор. И стоило ли его начинать именно сейчас, тоже вопрос.