Метка оборотня

- Я скучал по тебе, - тихо сказал волк. – И волновался с субботы.

Алек вскинул голову.

- Ты знал, где я?

- Я догадывался, что тебя забрал Габриэль, - пояснил Лиам. – Если бы я знал, куда, пришел бы сразу.

- Почему? – резко бросил Алек.

Лиам не понимал, из-за чего тот так злится.

- Почему? Потому что тебя нельзя… - «подчинять чужой воле» - фраза неуместная, - тебе нельзя быть с Габриэлем.

- Значит, мне нужно быть с тобой? Теперь я твой домашний любимец?

- Любимец?

- Что? Разве четверка не держала любимцев, когда ты был с ними?

- Нет. – Откуда, черт возьми, Алеку известно о «четверке»? Не желая, чтобы тот знал хоть что-то о тех ужасных двух годах, Лиам почувствовал, как у него краснеет шея.

- Зачем делать вид, что ты не понимаешь, о чем я? Разве ты не знал, что Габриэль хотел сделать из меня ручного зверька? – Алек неосознанно – как решил волк – потер шрам. Лиам протянул руку и накрыл его пальцы, потому что, несмотря на то, что Алек сейчас говорил, похоже, прикосновения Лиама его успокаивали. – Ты ведь знал, да? Знал о моем шраме и притворился, что веришь в историю про собачий укус.

- Да. – Лиам шумно выдохнул.

- Ты смеялся надо мной. Играл.

- Я хотел сказать тебе, что я оборотень, но подумал, что это тебя напугает.

- Напугает, ага. – Алек громко расхохотался. – Это, конечно, много-много хуже того, что случилось.

Лиам почувствовал себя несчастным.

- Прости.

- Почему тебе так важно было увидеть тогда мой шрам? Не думаю, что это была такая оригинальная прелюдия.

- Я должен был убедиться, что Айра прав – он говорил, что помнит, как тебя пометили. – Лиам встретил неподвижный взгляд темных глаз Алека. – Айра был с четверкой, когда тебя поймали, понимаешь? Ему было очень плохо. Он был ужасно напуган. – Даже ненамеренно Габриэль до ужаса пугал молодых волков. – Я хотел рассказать тебе все, когда увидел метку, но думал, что у нас есть время, что я смогу заслужить твое доверие, прежде чем… открыться.

Алек отвел глаза. Этот разговор шел совсем не так, как хотелось Лиаму. Хотя чему тут удивляться?

Алек вдруг встал.

- Я хочу еще раз принять душ.

- Ты и так чистый.

Алек просто покачал головой."

"Он носил одежду Лиама, ел еду Лиама и даже спал в постели Лиама. Как будто и сам принадлежал Лиаму. Алеку это не нравилось. Но при одной только мысли о том, чтобы уйти, остаться одному, когда Габриэль или Люк могут схватить его, дома или на улице, ему становилось плохо. Невыносимо.

Не думать об этом. Думать только о том, что надо сделать сейчас. А потом – как получится. Эта философия срабатывала в том сарае. По большей части. Тааак, не думать о сарае.

Алек спустился по лестнице и остановился, не зная, куда идти. За те полчаса, что он сидел в душе, Лиам исчез из спальни.

- Мистер Алек!

Радостный вопль заставил его вздрогнуть.