Между Ангелом и Бесом

Неудивительно, в моем теле почти не осталось ни переломанных костей.

Через несколько месяцев однообразной жизни, состоящей из постоянного нахождения дома, как-то вечером Майкл позвал меня поговорить.

— Демьян, у тебя теперь будет фамилия Спайк. Когда я был где-то в твоём возрасте, то также получил эту фамилию. Она перешла ко мне не от отца, мне ее дали в специализированном детском доме. Её давали всем, кто там жил и учился. Теперь и ты будешь жить там, как в интернате. В будние дни ты будешь находиться там, а на выходные я буду забирать тебя домой. Первые годы интернат практически ничем не будет отличаться от обычно, потом же тебя будут готовить к военной службе.

В том возрасте я не мог понять масштабности интерната, и на сколько он определит моё будущее. Тогда, для меня это был очередной переезд. На новом месте я также не нашёл друзей. Они боялись вечно хмурого и молчаливого мальчика, который в первый день своего прибывания сломал нос десятилетке.

Интернат был создан для подготовки особого отряда спецназа. На курсе училось всего пять-семь мальчиков, не больше. В нас взращивали силу воли, стремление к победе, учили не бояться боли и смерти. Многое могло казаться жестоким обращением с детьми, но в интернате это считалось нормой. Суровая подготовка надежды России."

"Жизнь там меня не угнетала. Напротив. Перед глазами не мозолился Макс, крутящийся передо мной с радостным личиком и показывающий все оттенки счастья. Хотя в голове постоянно крутились мысли о родителях и Максе, иногда перед сном я представлял их умиротворенную жизнь без меня. Наверное, теперь, когда им никто не мешает, они живут идеальной жизнью. Такой, как показывают в кино: с чинными завтраками, ужинами за большим столом и прогулками в парке с аттракционами.

Мое сердце ужесточились, покрылось пыльной коркой.

Однажды к нам приехали гости. Весь педагогический состав вытянулся по струнке, встречая их, по бледным лицам было видно, как они взволнованы. Эта энергетика передавалась всем, заражала и детей. Возбуждаясь тайной, мы с интересом преследовали мужчин в дорогих костюмах и чёрных очках. Они держали уверенно и надменно. Высокий темно-русый мужчина не говорил ни слова, только осматривал каждый косяк пристально. Он был недоволен чем-то.

Мне было интересно наблюдать за ним и его другом. Я весь день следовал за ним, прячась по углам, под столами, внимательно рассматривал его.

— Как волчата. — это все, что я услышал от него, мужчина обращался к своему спутнику. — Кто из них вырастет? Роботы-убийцы? Ни детства, ни чувств.

— А мы росли по другому?

— Майлз, мы давно поломаны, не с нас брать пример.

Мужчина снял пиджак и закатал рукава рубашки, обнажая сложную татуировку на руке. Я с замиранием смотрел на его уверенные движения.