Метро до Африки

Раньше все покупали «Вечную пломбу», потому что не было альтернативы, сейчас придумали другие составы, а старый материал не снимают с продажи из-за его дешевизны, берут его в основном дачники-пенсионеры, для которых даже десятикопеечная разница в цене имеет значение.

– Спорю, с тобой беседовал парень по имени Егор, – улыбнулась я. – Честный юноша, подробно объясняет людям, в чем плюсы и минусы материалов.

– Нет, я с девочкой говорил, очень миленькая, такая пампушечка. А какая разница? – спросил Дегтярев. – Это принципиально, с кем я общался в мага­зине?

Я покачала головой. Нет, конечно! Просто, похоже, там действительно работают люди, которым, как сказал Егор, «нравится участвовать в празднике». Впрочем, я воспринимаю ремонт не как праздник, а как пикник в сумасшедшем доме. Для меня затеять ремонт – это все равно что прорыть метро до Африки. Но, оказывается, вокруг полно людей, которые приходят в восторг от перспективы покраски стен или перекладки паркета.

– Конечно, криминалисты уточнят, когда был куплен мешок, но, думаю, он там стоит с того времени, когда Николая заманили в ловушку, – продолжал Дегтярев. – Юля тщательно подготовила акцию, промазала как следует подтекающие места, оставила мешок у буфета и больше не входила в большую комнату. Вот почему тебя поразила старая обстановка гостиной и нежилой запах.

– Но ее тело было у буфета!

– Верно, – кивнул Дегтярев. – Думаю, Андрон пришел внезапно, застал дочь врасплох, начал требовать квартиру, Юля пошла на отца в атаку. Уж не знаю, чем она ему пригрозила, но добрый папенька рассвирепел, отволок непокорную в гостиную и пообещал запихнуть ее в подвал, оставив там до тех пор, пока девица не подпишет нужные документы. Сердце Моргаловой не выдержало, и она умерла. Андрон испугался и убежал, на следующий день пришла По­лина, за ней к оговоренному с Юлей часу явился я. Кстати, Андрон, естественно, ничего не рассказал тетке-барыге о своих поисках денег, и та работала по своему плану, готовила встречу с богатой дамой! Думаю, Андрон, получив от Юли деньги, удрал бы тайком, не видать бы кредиторше возврата долга. Но дело сорвалось. Моргалова умерла. Знаешь, сколько служу, столько удивляюсь – в жизни бывают такие коллизии!

– Какие? – навострила я уши.

– Ответь спокойно на мои вопросы, – вдруг сказал Дегтярев.

– Пожалуйста, задавай, – согласилась я, – сообщу все, кроме своего веса. Это моя тайна.

– Как и курение в саду, – неожиданно усмехнулся полковник. – Хорошо. Тебя не удивил звонок Дины? Она же не общалась с тобой много лет и вдруг пригласила на выставку.

– В принципе, нет.