Метро до Африки

– Королева помойки! Мы в одном классе учились, так она ни с кем из наших не здоровается.

– Почему?

Марина улыбнулась.

– Мы простые. Я в магазине после одиннадцатого класса торговала, Ленка в салоне с феном в руках прыгает, Катя курьером пристроилась, и остальные девочки приблизительно так же. Алена же в институт поступила, теперь нос дерет. А я считаю, главное – семья! Вот, мне скоро рожать…

Тут только до меня дошло, что девушка не толстая, просто она на последнем месяце беременности.

– У Аленки нет мужика, – продолжала сплетничать Марина, – и никогда не будет. Наши для нее простые, а в институте, наоборот, больно богатые, там она побирушка. Вон как! Диплом получит, а счастье просрет.

– Судя по цвету шапочки, вы ждете мальчика? – кивнула я на вязанье.

– А в нашей семье всегда первым парень появляется, – радостно засмеялась Марина, – затем девки косяком идут. Основное для женщины – муж и дети. Да ну его, образование, оно еще в школе мне обрыдло! С дипломом спать не ляжешь, он о тебе не позаботится, стакан воды в старости не подаст.

– Ну, вам пока рано думать о старости!

– Никто не знает, где судьба настигнет, – по-бабьи вздохнула Марина, – вон Юлька! Бах – и нету!

– Я слышала о несчастье, – подсуетилась я.

– А вы Юлю знали? – заинтересовалась Марина.

– Общалась некогда с ее мамой, – обтекаемо ответила я, – мне вчера позвонили и сообщили страшную весть.

– Ой, вот здорово! – невесть чему обрадовалась беременная. А затем закричала: – Тетя Катя! Иди ­сюда!

Одна из пожилых женщин, толкавших туда-сюда коляски, вполголоса возмутилась:

– Марина! Не шуми! Только что ребенок уснул.

– Тут вы не дома. И одиннадцати вечера нет, – парировала девушка, – хочу и ору. Баба Катя!

– Тьфу прямо, – обозлилась старуха и начала с силой трясти короб на колесах, из которого незамедлительно полетел сердитый плач.

– Баба Катя! – надрывалась Марина.

– Что случилось? – спросили сверху.

Я задрала голову – на одном из балконов четвертого этажа маячила круглая фигура в ярко-красном спортивном костюме.

– Тут родственница Юльки, – завопила Марина, – по линии мамы! Может, мы зря на похороны собираем?

– Поднимитесь ко мне, – засуетилась женщина, – пожалуйста, не сочтите за труд.

Я пошла к подъезду.

– А деньги нам верните! – не успокаивалась Марина. – Если родственники нашлись, им и надо тратиться! У людей тут лишних рублей нет.

Тетка в спортивном костюме ждала меня на лестничной площадке.

– Уж простите меня, – извинилась она, – артрит замучил, лишний раз не спуститься.

– Мне нетрудно было подняться.

– В вашем возрасте я прыгала как кенгуру, – засмеялась пенсионерка и тут же осеклась: – Бога ради, простите. У вас горе, а я с хаханьками! Заходите. Хотите чаю?

– Не откажусь, – кивнула я.