Метро до Африки

В принципе, из подслушанного мною разговора стало понятно, что в «трешке» Юлии есть некая вещь, оставшаяся не замеченной при обыске, но я не предполагала, что у Полины есть ключи от квартиры соседки. Значит, медсестра водила меня за нос, ее отношения с умершей были очень близкими, постороннему-то человеку ключи от дома не дают.

Полина открыла дверь и юркнула внутрь. Я сняла кепку и халат, сунула «карнавальный наряд» в сумку и встала около входной двери. Хорошо помню, как Полина сказала собеседнику, что управится быстро. Сейчас она вскроет тайник, достанет оттуда нечто, выскочит на лестницу… а тут я с милой улыбкой на лице. «Здравствуйте еще раз, Полиночка! А что вы делали в квартире Моргаловой?!»

Кстати, почему дверь не опечатана? Насколько я знаю, если умирает одинокий человек, между косяком и створкой непременно приклеивают бумажку с фиолетовой печатью. Смешно думать, что подобная преграда способна остановить того, кто захочет войти внутрь, но таков закон.

Минуты текли, Полина не торопилась покидать чужое жилище. Пятнадцать минут, тридцать, сорок пять… В конце концов я не выдержала и осторожно подергала створку. Она оказалась закрытой, я не хотела нажимать на звонок. Если сейчас напугать Полину, она моментально спрячет то, за чем проникла в квартиру, и на все мои вопросы найдет самые невинные ответы. Зачем пошла к Юле? У той осталась чашка Жуковой (кастрюля, сковородка, книга, ваза), теперь она хотела ее забрать. Откуда у нее ключ? Так Моргалова оставила на всякий случай, вдруг свой потеряет, или трубу в отсутствие хозяйки прорвет.

Впрочем, Жукова умеет владеть собой. Она со мной и общаться-то не станет. Вскинет голову и рявкнет: «Не ваше дело!» И, между нами говоря, будет абсолютно права.

Нет, лучше подстеречь ее на выходе, с пакетом, коробкой или уж не знаю с чем в руках. Но почему медсестра так задержалась?

Через полтора часа мое терпение иссякло, и я таки нажала на звонок. Но из квартиры не донеслось ни единого звука. Я повторила попытку – и снова безрезультатно. Стук в дверь тоже не принес успеха. Вне себя от злости я пнула коврик, лежащий у створки. Он сдвинулся, и под ним обнаружился небольшой ключ. Вот так находка! Милиция, осматривавшая место преступления, судя по всему, не изучала территорию снаружи. Ну да, труп находился в открытой квартире, и лестничная клетка показалась спецам неинтересной.

В прихожей было пусто. Стараясь двигаться тише кошки, я сунула нос в санузел. Никого. В крохотной кухне тоже. Я скользнула дальше, резко распахнула дверь, ведущую в гостиную, и увидела прежнюю картину: уродский буфет, диван с протертой обивкой, продавленное кресло, телевизор-патриарх, пакет со смесью для ремонта под названием «Вечная пломба».