Межзвездная Академия-3

"

"– Тани, прости, это я во всем виноват! – произнес он жалобно. – Если бы не я, ты бы не стала участвовать в гонках.

– Все нормально, – с трудом заставила себя произнести и даже улыбнуться. Хотя, думаю, выглядело это страшно с учетом того зрелища, какое представляло собой мое лицо с потеками туши и размазанными синими тенями.

– Он что даже выслушать тебя не пожелал? – начала возмущаться Дафи, своим платком вытирая мои щеки и пылая праведным гневом. – Мог бы хотя бы дать тебе возможность все объяснить!

– Думаю, мои объяснения его больше не интересуют, – устало пробормотала я. – Да и не имеют для него значения. Я опять обманула его доверие. И вряд ли он снова даст мне шанс все исправить.

– Я сама к нему пойду! – воинственно заявила Дафи, но я умоляюще покачала головой.

– Не нужно ничего, пожалуйста. Просто уведи меня отсюда, хорошо? Хочу домой. Арлас там, наверное, места себе не находит.

Мигарка с Лисенком обменялись обеспокоенными взглядами, но все же подхватили меня под руки с обеих сторон и потащили к выходу из зала. Никто больше ничего не говорил, а я просто не могла сейчас ни о чем думать или изображать деланное спокойствие. Из глаз продолжали катиться слезы, а сердце тоскливо ныло от осознания того, какой потерей обернулась для меня сегодняшняя победа. Радовало, по крайней мере, одно – семье Лисенка теперь ничего не угрожает, у них все будет хорошо. А мне остается лишь надеяться, что когда-нибудь Рендал посмотрит на меня хотя бы как на человека, которого сможет уважать. О большем уже даже не мечтала.

ГЛАВА 5

Я провела полубессонную ночь, лежа на своей постели и тупо уставившись в стену. Слышала, что девчонки тоже долго не спали, ворочаясь и тяжело вздыхая. И это доказательство того, что им не безразлично то, что со мной происходит, приятно согревало душу. Арлас даже не стала травить душу фразами в духе: «Я же говорила, что нужно было самой признаться Рендалу во всем». Ей хватило такта не усугублять мое и без того паршивое настроение. Подруги говорили, что все обязательно наладится, что Рендалу просто нужно немного остыть. Но я не верила в это. Теперь все однозначно кончено, он вряд ли когда-нибудь захочет даже говорить со мной.

Из глаз снова полились слезы. Беззвучные и горькие. Боясь разбудить девчонок, я старалась плакать бесшумно, и от этого было еще хуже. Меня буквально выворачивало наизнанку от невозможности в полной мере выплеснуть свое отчаяние. Мелькнула совсем уж идиотская мысль пойти к Рендалу и снова попытаться поговорить. Но стоило представить, с каким презрением на меня посмотрят, как эта мысль тут же улетучилась. Не знаю, как все-таки удалось заснуть. Да и казалось, что проспала от силы несколько минут, когда оглушительный сигнал побудки заставил разомкнуть тяжелые веки.