Мятежники

 – С этими словами Пламень вдруг уселась и задрала подбородок. – Если только ты не принесёшь мне её. О-о, отличная идея!

– Нельзя, – ответил Шестипалый. – Надвигается буря. – «Рискну предположить, вся эта история – один большой обман, и тут не обошлось без Огонь и Ожог», – подумал он. – Нам нужно вернуться во дворец.

– НЕТ! – крикнула Пламень. – Я хочу забрать своё.

Принцесса попробовала протиснуться мимо Шестипалого, но ветер тут же подхватил её крылья и отбросил Пламень назад, на песок.

– Ай! – вскрикнула она, пытаясь сесть. – Это больно! Что-то сделало мне больно!

Шестипалый обернулся. Огромная стена облаков пыли, простиравшаяся от песка до самого неба, быстро надвигалась и вот-вот могла обрушиться на них. На королевские церемонии уже не было времени.

– Нам надо уходить! – закричал Шетипалый, хватая принцессу, прижимая её крылья к бокам и взмывая в воздух.

– Моя коро-о-о-о-о-о-о-о-о-о-она! – вопила Пламень. Она уткнулась ему в плечо и прорыдала всю дорогу до дворца.

Принцесса была тяжелее, чем казалось, но теперь ветер помогал им, гнал перед самым ураганом. Подлетев ближе, Шестипалый заметил, как одна за другой захлопываются двери, закрываются окна во всём дворце. Драконы готовились к бешеной атаке песчаной бури.

«Подождите, – повторял в отчаянии Шестипалый. – Подождите нас. Мы близко».

И вот наконец, когда силы его были уже на исходе, а облако пыли, казалось, ещё чуть-чуть – и повиснет у него на хвосте, он увидел на одной из стен открытый ставень. Из окна высовывался Бархан, размахивая белой тряпкой и тем самым привлекая его внимание.

Шестипалый ускорился, сделал последний рывок и влетел в открытое окно, развернувшись в воздухе так, чтобы Пламень упала на него. Тормозя, они проскользили через всю комнату под крики разбегающихся в разные стороны драконов.

– Вы что, всю пустыню с собой притащили?

– Идиоты! До последнего, что ли, дожидались?

– Разве вы никогда не слышали про песчаную бурю?

– Надо было вас снаружи оставить!

– Эй, это же принцесса Пламень, – сказал один из драконов, и в комнате повисла тишина.

Шестипалый моргал, глаза слезились от набившегося в них песка. И хотя картинка перед глазами размывалась, он всё-таки смог разглядеть, что оказались они в одном из больших залов, где Оазис устраивала торжества и танцы. В обычные дни зал заливал солнечный свет, но сейчас было темно: все ставни и двери закрыты, пространство освещало всего несколько факелов, круги тёплого света бликами отражались на чешуе и в тёмных глазах драконов, собравшихся вокруг Пламень и Шестипалого.

Он выпустил из лап принцессу и сел, пытаясь сгрести в кучу хоть часть песка, сыпавшегося с его крыльев на пол.

– Р-Р-Р-Р-Р-Р! – взревела Пламень, оттолкнув Шестипалого.