Мифические личности

 — Раз такие большие шишки, как вы, поручаются за нас, то мы наверняка сумеем отбрыкаться от обвинения в мошенничестве… а даже если мы и проиграем дело, ну так что? В таком случае мне всего-навсего придется вернуть им их же жалкие двадцать золотых.

Ааз внезапно перестал стучать молотком… или, может, это перестало стучать мое сердце.

Я тщетно пытался убедить себя, что неправильно расслышал его.

— Двадцать золотых? — медленно повторил я.

"

"— Да. Нас поймали здесь, на Базаре, немного быстрее, чем я рассчитывал. Улов был невелик даже по моим стандартам. Я все не могу поверить, что вы, такие большие шишки, пошли на столько хлопот ради того, чтобы приволочь нас сюда из-за паршивых двадцати золотых. Должно быть, в этой штуке, деле принципа, есть нечто большее, чем я представлял.

— Мгммм… нельзя ли мне перекинуться с тобой парой слов, партнер? — отложил молоток Ааз.

— Я собирался спросить то же самое, — признался я, отходя на противоположную сторону приемной.

Оставшись наедине, мы уставились друг на друга, ни он, ни я не хотели заговорить первыми.

— Ты так и не удосужился спросить у Мер-Зера, сколько, собственно, поставлено на кон, не так ли? — рассеянно вздохнул Ааз.

— Это — денежная сторона переговоров, и я думал, что этим займешься ты, — пробормотал я. — Забавно, мы оба все время стояли прямо там и слышали каждое сказанное слово и никто из нас не уловил этого упущения.

— Забавно. Верно. Умираю, — поморщился мой партнер.

— Не в такой степени, как будешь помирать, если пойдет гулять слух об этом, — предупредил я. — Я голосую за то, чтобы дать им денег на уплату. Мне не хочется, но я не могу придумать иного способа предотвратить всеобщую огласку.

— Решено, — кивнул Ааз.

 — Но давай этим займусь я. Если этот гад Мэтт пронюхает, что все это дело было с нашей стороны ошибкой, то, вероятно, будет шантажировать нас, пока не вытянет все до нитки.

— Верно, — согласился я.

И с этими словами мы, двое самых ходовых, самых высокооплачиваемых магов на Базаре, повернулись разобраться с нашими подопечными, снова получив напоминание, почему в основе величия лежит смирение."