МИ (Цикл)

Наверное, я вел себя глупо.

— Мне не кажется, что ты вел себя глупо. Я рад, что смог побыть здесь и успокоить тебя.

— А папа говорил, что бояться темноты глупо.

— В темноте водятся такие существа, которые могут на тебя наброситься, — грустно сказал Рал. — Ты умный мальчик, если понимаешь это и остерегаешься их. Твоему отцу было бы лучше тебя послушать и поучиться.

Карл просиял.

— Правда? — Рал кивнул. — Да, именно так я всегда и думал.

— Если ты действительно кого-то любишь, то будешь слушать его.

— Отец всегда говорит, чтобы я помалкивал.

Рал неодобрительно покачал головой.

— Мне странно слышать такое. А я-то думал, они тебя очень любят.

— Любят. По крайней мере, большее время.

— Тебе виднее. Конечно, ты прав.

Светлые волосы Магистра сияли в солнечных лучах. Белое облачение ярко сверкало. Он ждал. Наступила томительная тишина.

— Но мне здорово надоедает, когда они постоянно твердят, что я должен делать, а что — нет.

Рал поднял брови.

— Мне кажется, что ты уже достиг того возраста, когда можешь сам думать и принимать решения. Ты такой умный мальчик, почти мужчина, а они указывают тебе, что делать, — добавил он скорее про себя и покачал головой.

Потом, будто не в силах поверить словам Карла, спросил:

— Ты хочешь сказать, что с тобой обращаются как с младенцем?

Карл кивнул, искренне подтверждая сказанное, но потом решил исправить впечатление:

— Но они почти всегда добры ко мне.

Рал слегка кивнул.

— Рад это слышать. У меня отлегло от сердца.

Карл поднял глаза и посмотрел на солнечный луч.

— Но, знаешь, я должен сказать, что мои родители сейчас страшно злятся. Ведь я так надолго пропал.

— Они злятся, когда ты возвращаешься после долгого отсутствия?

— Конечно.

Как-то раз я заигрался с другом и вернулся поздно. Мама была прямо как сумасшедшая, а отец отхлестал меня ремнем. Он сказал: это за то, что я причинил им столько беспокойства.

— Ремнем? Отец отхлестал тебя ремнем? — Даркен Рал понуро встал с травы и отвернулся. — Прости, Карл. Я понятия не имел, что все так ужасно.

— Ну, это только потому, что они меня любят, — поспешил добавить Карл. — Так они и сказали. Они любят меня, а я заставил их беспокоиться. Рал все еще стоял к мальчику спиной. Карл насупился. — Тебе не кажется, что это доказывает, как они обо мне заботятся?

Рал лизнул пальцы и погладил губы и брови.

Потом он повернулся к мальчику и опять сел на траву, глядя на встревоженное детское лицо.

— Карл, — его голос был так тих, что Карлу пришлось напрячься, чтобы разобрать слова, — у тебя есть собака?

— Конечно! — Мальчик кивнул. — Тинкэ. Она просто замечательная. Я взял ее еще щенком.

— Тинкэ, — ласково повторил Рал. — А Тинкэ когда-нибудь терялась или убегала?

Карл наморщил лоб, пытаясь вспомнить.

— Да, конечно. Раза два.