МИ (Цикл)

Он бросил палку, взял ее руку и крепко сжал своей рукой.

— Кэлен, не надо, не стоит...

— Я помню первого человека, которого убила. — Губы ее задрожали. — Он мне снится до сих пор. Он покаялся в том, что сделал с тремя дочерьми соседа... старшей было всего пять... Он посмотрел на меня широко открытыми глазами, после того как рассказал мне о самом страшном, что только можно себе представить... и спросил: «Чего желает моя госпожа?»... Спросил, не раздумывая. Я ответила: «Я желаю, чтобы ты умер». — Дрожащей рукой она смахнула слезы со щеки. — И он упал замертво.

— А что сказали люди?

— А что бы они осмелились сказать Исповеднице, которая заставила человека умереть на их глазах просто по ее приказу? Они попятились и расступились, когда мы уходили. Ведь на такое способна далеко не каждая Исповедница. Даже мой волшебник перепугался, увидев это.

Ричард нахмурился.

— Твой волшебник?

Она вытерла слезы и кивнула.

— Волшебники считают своим долгом оберегать нас, потому что нас все ненавидят и боятся. Исповедницы почти всегда путешествовали под защитой волшебников. Одного из них обычно назначали в сопровождающие, когда мы отправлялись исповедовать.

Но Рал сумел разлучить нас с волшебниками, и теперь они тоже погибли. Остались только Зедд и Джиллер.

Ричард взял в руки кролика, который уже остывал. Он отрезал кусок и протянул ей, затем взял один себе.

— А почему Исповедниц все боятся и ненавидят?"

"— Родные и друзья казненных ненавидят нас потому, что часто не хотят верить, что те, кого они любили, совершили то, в чем они покаялись. Они предпочитают думать, что исповедование связано с обманом.

 — Она отрывала по маленькому кусочку и медленно ела. — Я заметила, что люди часто не хотят принимать Истину. Она для них мало чего стоит. Некоторые даже пытались убить меня. Вот почему волшебники и сопровождали, бывало, нас повсюду. Они защищали нас, покуда не восстановится наша сила.

— И все-таки для меня в этом недостаточно смысла, — заметил Ричард, прожевав мясо.

— То, что мы делаем, достаточно просто. Это, правда, звучит очень странно для тех, кто не живет с этим. Все, что связано с волшебством Срединных Земель, должно казаться тебе странным.

Он подумал, что «странно» — не совсем то слово. Нужное слово, пожалуй, было бы «жутко».

— Кроме того, — продолжала Кэлен, — мы, Исповедницы, независимы, а люди этого не любят. Мужчины нас не принимают за то, что никто из них не может управлять нами или просто указывать, что делать. Женщины не принимают нас потому, что мы не живем их жизнью, не живем, как живут женщины по обычаю. Мы не заботимся о мужчинах и не подчиняемся им. Всем кажется, что у нас особые права.