МИ (Цикл)

Уверен, ты всего лишь послушница.

Она встала.

— Доброй ночи, Натан. — Маргарита закрыла книгу и собралась уходить.

— Сядь, сестра Маргарита. — В голосе пророка вновь зазвучала угроза.

— Тебе нечего сказать мне. Я пошла спать.

— Я не говорил, что мне нечего сказать. Я сказал, что у меня нет пророчества.

— Если у тебя нет пророчества, что же ты можешь мне сообщить?

Он вытащил руки из рукавов, оперся о стол костяшками пальцев и склонился к ее лицу.

— Сядь, или я ничего тебе не скажу.

Маргарита хотела было применить силу, но передумала. Она решила, что легче и спокойнее просто выполнить его просьбу.

— Хорошо, я сяду. Так что это было?

Он наклонился еще ближе, зрачки его расширились.

— Пророчества миновали развилку, — прошептал он.

— Когда? — Маргарита невольно вскочила с кресла.

— Только что. Сегодня. В этот самый день.

— Так вот почему ты разбудил меня среди ночи?

— Я позвал вас, как только мне открылось это.

— А почему ты не дождался утра? В конце концов, развилки случались и раньше!

Улыбнувшись, он медленно покачал головой:

— Не такие.

Она не хотела слушать, что будет дальше, — это никого бы не обрадовало.

Никого, кроме Уоррена. Он-то будет счастлив получить новый элемент для своей мозаики. А для остальных это означает годы тяжелой работы.

Некоторые пророчества строились по принципу «если… то» и разветвлялись на несколько возможных линий. Для каждой ветви существовало свое пророчество, существовали и специальные пророчества для точки ветвления. Но даже сами пророки не знали, по какой линии пойдут дальнейшие события.

А потом, когда становилось очевидным, какая ветвь истинная, а какая — ложная, для исследователей манускриптов начинались тяжелые времена.

Ведь каждая нереализованная ветвь, в свою очередь, разветвлялась, порождая бесчисленное множество противоречий, неувязок и ошибок. Их надо было выявить и отсечь."

"А пророчества не всегда располагались в строгой хронологической последовательности, и чем дальше отстояло пророчество от развилки, тем сложнее было определить, к какой именно ветви оно принадлежит.

Сестра Маргарита откинулась в кресле.

— Насколько важно то пророчество, которое разветвилось?

— Это — основополагающее пророчество.

Нет ни одного, более важного, чем это.

Десятилетия. Не годы, десятилетия. Основные пророчества затрагивали абсолютно все. Сестра зябко поежилась. Это — как мгновенная слепота. До тех пор, пока не будут отсечены все ложные ветви, ни на что нельзя полагаться.

Она посмотрела Натану в глаза:

— Ты твердо знаешь, какое пророчество разветвилось?

— Да. — Он гордо улыбнулся. — Я знаю, какая ветвь ложная, а какая — истинная. Я знаю, что нас ждет.

Ну, по крайней мере — хоть что-то. Сестра несколько оживилась.