МИ (Цикл)

Гладкий, похожий на слезинку камень под ее пальцами стал как будто теплее.

Чейз пробормотал что-то, чего Рэчел не поняла, и, поправив на плечах черный плащ, указал палочкой на две человеческие фигурки, нацарапанные на земле. Все его кожаные ремни, на которых висело оружие, заскрипели, когда он наклонился вперед. В каждый сапог Чейза с легкостью поместились бы обе ноги обычного человека. Он постучал палочкой по картинке и, повернувшись, махнул рукой в сторону бесконечной равнины.

— Давно? — Он опять показал рукой на рисунок и еще раз взмахнул рукой.

 — Сколько дней назад они ушли?

Мужчины обменялись словами, которых ни Чейз, ни она не поняли, а потом старик с длинными серебристыми волосами и смуглым морщинистым лицом — единственный, кто вместо шкуры койота носил простую одежду из оленьей кожи, — нарисовал на земле другую картинку. Ну, это легко, подумала Рэчел. Солнце. Старик начал рисовать под ним какие-то черточки. Чейз терпеливо смотрел. Один ряд, второй, третий. Наконец старик остановился.

— Три недели, — сказал Чейз, глядя на картинку. Он посмотрел на старика с длинными волосами.

 — Три недели? — Он выставил семь пальцев и трижды махнул рукой. — Они ушли три недели назад?

Старик кивнул и добавил несколько слов на своем смешном языке.

Сиддин протянул Рэчел еще одну лепешку с медом. Это было ужасно вкусно. Рэчел старалась есть помедленнее, но лепешка исчезла в мгновение ока. Рэчел пробовала мед только раз — еще в замке, когда была игрушкой принцессы. Принцесса не разрешала ей есть меда, она говорила, что он ей не понравится, но один повар однажды дал ей чуть-чуть.

При мысли о том, какая подлая была эта принцесса, Рэчел передернуло.

Больше она никогда не захочет жить в замке. А теперь, когда она стала дочкой Чейза, ее никто и не будет заставлять. Каждый вечер, кутаясь в одеяло перед сном, она старалась представить, на что похожа ее новая семья.

Чейз говорил, что у нее будут сестры и братья. И настоящая мама. Он говорил, что она должна относиться к ним с уважением. Рэчел думала, что у нее получится. Легко относиться с уважением к тому, кто тебя любит.

Чейз ее любит. На самом деле он никогда этого не говорил, но это и так ясно.

Когда в темноте слышались страшные звуки, он обнимал ее своей огромной рукой и гладил по голове.

Сиддин улыбнулся, глядя, как Рэчел слизывает с пальцев остатки меда. Как здорово снова с ним встретиться. Когда они только попали сюда, Рэчел боялась, что будут неприятности. Грозные воины, все разрисованные грязью и увешанные пучками травы, возникли перед ними, едва только Рэчел и Чейз выехали на равнину. Рэчел даже не видела, откуда они выскочили. Просто появились и все.