Михаил Карпов
К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание. Творчество стало главным увлечением Щепетнова, опередив другие его хобби — охоту, дайвинг и кладоискательство. Первыми книгами начинающего писателя стали изданные в 2012 году романы в жанре героического фэнтези о попаданцах в магические миры "Блуждающие тени" и "Манагер". За ними последовали тетралогия "Истринский цикл" и дилогия "Нищий". Одобрительные отзывы читателей вдохновили автора на продолжение активного литературного творчества, и к концу 2015 года в писательской копилке Евгения Щепетнова насчитывалось уже более 35 произведений, написанных в формате крупной прозы. Многие герои романов Щепетнова воспринимаются скорее как отрицательные личности. Они злоупотребляют алкоголем, неравнодушны к любовным утехам, часто легкомысленны, не отличаются честностью и добродушием, ведут беспорядочный образ жизни. Даже монахи у Щепетнова — не праведники, а бывшие киллеры или заключенные. По словам автора, он старается показать людей с их слабостями и недостатками, детализируя их выживание в критических условиях. На многих изданиях этого автора стоит пометка "18+", так как произведения содержат сцены насилия и убийств. Содержание:1. Евгений Владимирович Щепетнов: 1970 2. Евгений Владимирович Щепетнов: 1971 3. Евгений Владимирович Щепетнов: 1971. Восхождение 4. Евгений Владимирович Щепетнов: 1971. Агент влияния 5. Евгений Владимирович Щепетнов: 1972 6. Евгений Владимирович Щепетнов: 1972. Миссия 7. Евгений Владимирович Щепетнов: 1972 Возвращение 8. Евгений Владимирович Щепетнов: 1972. Родина 9. Евгений Щепетнов: 1972. «Союз нерушимый...»
А хотел я пару свитеров грубой вязки — белый и черный (серый у меня есть, и не один), три пары брюк, носок, трусов-маек, ну и всякого такого. И опять повторилась история предыдущего магазина одежды — опять сбежались мои поклонники и поклонницы, опять автографы и все такое. Еле вырвался! Уже уходя, вдруг решился купить себе пару очень хороших, дорогих костюмов по две тысячи долларов каждый. Ужас, конечно — разве можно драть такие деньги за тряпку?! Это вообще-то стоимость автомобиля! Но должен откровенно признать, что сидели эти костюмы на мне как влитые. Тот, кто шил эти «тряпки» точно знал свое дело.
И уже когда все новокупленное переместилось в кадиллак, забитый теперь почти под завязку, в голову мне вдруг стукнуло — обувь, черт подери! Наденет Ольга красивое платье, глянет на свои убогие туфли, и… ужас! А то, что туфли у нее убогие я не сомневался. Не по ее доходам ходить по бутикам и покупать тысячедолларовые туфли. Или пятисотдолларовые — какая разница?
А сумочка! У нее и сумочки модной нет! Вот же черт.
А шляпку?! Черное маленькое платье и без широкополой шляпки?!
Мда… все-таки я осел и солдафон. Мне-то и правда ничего кроме штанов, свитера и ботинок не нужно, а ей? Если уж взялся одевать свою секретаршу, так теперь не ной! Бери чековую книжку, и вперед!
Кстати: жаль, что здесь нет банковских карт.
В общем, дотянули мы до самого вечера. Думал управимся максимум за два часа — чушь и бред! Какие там к черту два часа?! До ночи! В обувном — час с лишним! Сумочки выбирали (Три купил! Разного цвета и формы!) — час! Шляпки! Ох, эти чертовы шляпки… но выбрали. Всего за полтора часа! И в каждом из магазинов — тут же меня узнают, тут же сбегаются, и как минимум полчаса на раздаче автографов Теперь я понимаю звезд будущего, которые прячутся под широченными очками и надвинутыми на лоб капюшонами — иначе жизни не будет никакой.
"И напоследок (раз пошла такая пьянка — режь последний огурец!) — сам постригся. Хотя по большому счету и стричь-то мне было нечего. Стригусь я всегда коротко, никаких локонов да изысков. Но как оказалось — уже оброс и волосы начали лезть на уши. Потому — постригся, и… подравнял бороду. Ну да, уже начало оформляться что-то вроде бороды «а-ля Хемингуэй».

















