Михаил Карпов
К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание. Творчество стало главным увлечением Щепетнова, опередив другие его хобби — охоту, дайвинг и кладоискательство. Первыми книгами начинающего писателя стали изданные в 2012 году романы в жанре героического фэнтези о попаданцах в магические миры "Блуждающие тени" и "Манагер". За ними последовали тетралогия "Истринский цикл" и дилогия "Нищий". Одобрительные отзывы читателей вдохновили автора на продолжение активного литературного творчества, и к концу 2015 года в писательской копилке Евгения Щепетнова насчитывалось уже более 35 произведений, написанных в формате крупной прозы. Многие герои романов Щепетнова воспринимаются скорее как отрицательные личности. Они злоупотребляют алкоголем, неравнодушны к любовным утехам, часто легкомысленны, не отличаются честностью и добродушием, ведут беспорядочный образ жизни. Даже монахи у Щепетнова — не праведники, а бывшие киллеры или заключенные. По словам автора, он старается показать людей с их слабостями и недостатками, детализируя их выживание в критических условиях. На многих изданиях этого автора стоит пометка "18+", так как произведения содержат сцены насилия и убийств. Содержание:1. Евгений Владимирович Щепетнов: 1970 2. Евгений Владимирович Щепетнов: 1971 3. Евгений Владимирович Щепетнов: 1971. Восхождение 4. Евгений Владимирович Щепетнов: 1971. Агент влияния 5. Евгений Владимирович Щепетнов: 1972 6. Евгений Владимирович Щепетнов: 1972. Миссия 7. Евгений Владимирович Щепетнов: 1972 Возвращение 8. Евгений Владимирович Щепетнов: 1972. Родина 9. Евгений Щепетнов: 1972. «Союз нерушимый...»
Только «понаехавшие» шастают с огромными баулами, пахнущими колбасой, и стоят на эскалаторе, дожидаясь, когда мимо пробежит «коренной москвич». Так их и вычисляют.
Впрочем, сейчас это еще не очень заметно. Москва еще полна настоящими коренными москвичами, которые вскорости окажутся где-нибудь в Мытищах, сбежав от наплыва «коренных» москвичей, понаехавших в Нерезиновую в лихие 90-е. Эта Москва еще ТА Москва, столица моей Родины, Советского Союза. Той Родины, о которой тоскуют все, мечтающие услышать хруст советской булки.
Забавно. Почему-то те, кто мечтает чтобы вернулось прошлое, забывают о том, что родин-то на самом деле было две, и те, кто вышел из СССР и сохранил память и разум, помнят именно эти ДВЕ родины.
В доме, у которого мы только что припарковались, жили те, кто именно что «выбился в люди». Это был островок благополучия, вернее – пик благополучия, возвышавшийся на Москва-рекой и Яузой как огромная скала, о которую разбиваются все жизненные невзгоды. Вначале тут жили только работники НКВД, но потом, после того, как к зданию пристроили новые корпуса, сюда стали селить тех, кто с точки зрения советской власти заслужил проживание в «пике благополучия» своими праведными деяниями на благо родной страны.
– Пойдемте, Михаил Семенович, я покажу вам вашу квартиру.
– С гаража? Хорошая новость! – искренне обрадовался я – А то я все думал, куда мне девать машину? Бросить на улице – как-то…не очень.
– Нет-нет, что вы! Мы все продумали! – улыбнулся мужчина. Имени своего он не назвал, а спрашивать я не стал – захочет, так сам назовет. А не называет – значит, не положено. Да и если назовет – никакой гарантии, что это его настоящее имя.

















