Михаил Карпов

Подбегаю к самому краю площадки, разворачиваюсь, и со всей возможной скоростью бегу на двоих вырвавшихся вперед парней, при этом воплю дико, яростно, как охреневший от спермотоксикоза Тарзан!

– Ийяааа!

Рожа у меня страшная, перекошенная, крик ужасный – кто такое выдержит? Вот и они не выдержали – отшатнулись в сторону, а я сходу двинул одного прикладом, другого стволом, задержавшись всего на секунду, и побежал дальше, зная, что сейчас парни валятся на землю, как снопы. Я точно попал, уверен.

Минус два.

Навстречу – аутсайдеры, те что или медленно бегают, или нарочно медленно бегают – чтобы попробовали меня завалить другие и они бы остались без синяков и переломов.

Не удалось. Я успел завалить пятерых, прежде чем набежала остальная толпа.

Минус пять.

Итого – осталось…много. Еще много. Семнадцать. Побегаем? «Что будем делать, уважаемые кроты? Посчитаем» А мы вот – побегаем.

Двое, вижу, приустали носиться, встали, продышиваясь, упершись руками в колени – вот это моя законная добыча! Щас я вам дам продышаться! Резко сворачиваю, и пока парни пытаются принять достойную позу – валю обоих – одного стволом в пах, другого ногой в голень и сверху прикладом.

.

Пятнадцать. Бегаем!

Дышат тяжело, потные, береты свои блинообразные в карманы посовали. И правильно. Вот потому мы банданы и носим – и голову прикрывает, и не сваливается с нее головной убор.

А я ничего – как огурчик! Немного взопрел, но не так, чтобы критично. Легкие работают легко, как на пробежке трусцой, сердце стучит ровно – я молодец! Годы тренировок дали о себе знать. Ну и мой молодой теперь организм, «испорченный» Гомеостазом.

Хорошо быть молодым, здоровым и богатым! И плохо быть больным, бедным и старым. Просто-таки выколоть золотыми иглами в уголках глаз! Чеканный афоризм! И самое главное – новейший, ага…

Дальше все продолжалось в том же духе – я бегал по кругу, менял направление, проскакивал через группы, отделившиеся от основной толпы, и валил их, как кегли. Что они могли противопоставить мне, кроме жалких попыток схватить и повалить? В конце концов, когда их осталось семь человек, бойцы встали в центре площадки, ощетинившись оружием и не тронулись с место – семь запуганных, загнанных в угол крыс.

Тогда я пошел к ним, остановился шагах в пяти, и предложил:

– Сейчас ляжете на землю лицом вниз, положите руки на затылок – тогда я не буду вас бить. Не сдадитесь – измордую до полусмерти, что-нибудь сломаю или вообще покалечу. Хотите быть инвалидами? Сдавайтесь!

Один все-таки лег. Наплевал на честь, и лег.

– Спецназ не сдается! Парни, вперед! – крикнул крепыш, невысокий, квадратный как шкаф и ринулся на меня атакующим буйволом.