Михаил Карпов

Если только забраться на вершину одной из сосен в ста метрах от Дачи? Но это надо еще забраться, на высоту двух и более человеческих ростов все ветки посрубали, без спецсредств не заберешься. А человека со спецсредствами засекут просто-таки на-раз. Наблюдатели из охраны не дремлют. Ну да, еще остаются вертолет, воздушный шар, космический корабль — но я не буду умножать число сущностей.

Плотные стальные ворота выдержат гранату и обстрел из тяжелого пулемета — как и планировалось. Если поставить напротив гаубицу, или засветить из танковой пушки, тут, конечно, им и конец.

Но для того, чтобы поставить гаубицу или подогнать танк — надо еще постараться. Защитники Дачи тоже не пальцем деланы, и у нас есть тяжелые пулеметы и противотанковые гранатометы. И еще кое-что…о чем знают совсем немногие. Мы готовы к бою.

Кадиллак подкатил к воротам, и не успел я нажать на сигнал, как они медленно и плавно, практически бесшумно стали отъезжать в сторону. Никого не было видно — никакой охраны, никаких постовых — просто ворота отъезжают сами по себе. Отъехали, и кадди снова двинулся вперед, постукивая шинами по стыкам больших квадратных плит.

Дом был красив, и…как бы это лучше сказать? Могуч! Да, вот то слово — могуч! Нечто среднее между средневековым замком и барским поместьем. Не видно ни тяжелых пулеметов, укрытых за пуленепробиваемым барьером на крыше, ни автоматических гранатометов, никак не видно, что это на самом деле не дом, а дот, готовый выпустить из своего нутра сотни и тысячи смертоносных снарядов, каждый из которых может унести человеческую жизнь. И не одну. Здесь даже стекла были не простыми — пуленепробиваемые, они спокойно выдерживали бронебойную пулю автомата Калашникова или СВД.

Эти стекла не так давно начали выпускать, и вот — они уже стоят в моей «даче».

У дверей меня встретил худощавый мужчина лет сорока, невидный, можно сказать неказистый, одетый просто и неброско. Я с ним уже встречался — еще в мае. Он тогда представился Федоровым Юрием Игоревичем и сообщил, что служит завхозом при моем доме, и по всем вопросам хозяйствования мне следует обращаться к нему лично — телефоны имеются и в кабинете, и в спальне, и везде, где это нужно.

А теперь в доме есть две поварихи и несколько горничных, которые будут ухаживать за мной с Ольгой, и за нашими гостями — если таковые появятся. Нет, обслуживающий персонал живет не в доме — для них гостевой дом чуть поодаль от главного дома, персонал работает по неделе — неделю работает, неделю отдыхает.

Юрий Игоревич предложил проводить меня по дому, показать, где и что находится, освежить так сказать память (он уже показывал дом в нашу прошлую встречу) но я, поколебавшись, отказался.