Михаил Карпов

Из-под вашего пера будут выходить памфлеты, мало похожие на настоящую фантастику. Ну вот, как-то так. Убедил я вас?

— Откуда вы знаете о том, что мы завещали кремировать нас и развеять прах? — резко спросил Борис — Подслушивали? КГБ? Я так и знал! Вы вечно суете свой нос, куда не следует! И похоже правду про вас говорят — вы агент КГБ! Я ни секунды больше не останусь рядом с вами! Аркадий, пойдем отсюда!

Борис резко поднялся и зашагал к дверям. Аркадий встал после паузы, пожал плечами, хмуро посмотрел на меня:

— Ну что же…беседа была…интересной. Прощайте, коллега.

Стругацкие вышли, сопровождаемые недоуменными взглядами всех, кто был в столовой Дома Творчества, а затем в зале снова зашумели — стук вилок и ножей, гул голосов, смех, тосты…банкет шел своим чередом. Народ ел и радовался жизни.

За нашим столом молчали. Потом Махров недоверчиво помотал головой:

— Язык мой — враг мой! Ну кто тебя за него тянул? Еще и жалобу дождешься…скажут, что оболгал именитых писателей.

— Плевать — буркнул я, настроение которого катастрофически ухудшилось. Махров по большому счету был прав — зачем мне это? Что, после моих слов Стругацкие изменят свое мировоззрение? Перестанут писать свои якобы фантастические, а на самом деле политические памфлеты с либеральной начинкой? Я и в моем времени не скрывал своего отношения к неоднозначности личностей Стругацких, за что был неоднократно забросан дерьмом из толпы дебилов-хейтеров на всевозможных псевдолитературных и воровских сайтах.

"

"Да, я вырос на творчестве Стругацких, и тем сильнее уязвлен их обманом. Кстати, не так уж и хорошо они писали — по меркам 2018 года. Если какой-нибудь из созданных ими романов написал молодой автор будущего — черта с два он бы издался, да и в электронном виде его роман никто не стал бы читать.

Почти никто — читатели есть даже у любого автора, даже самого дерьмового.

Хотя…может я и не прав. Вполне вероятно, что такой автор смог бы пролезть в Боллитру, получить признание, премию. Чем ни вычурнее, чем ни заумнее и скучнее роман — тем больше у него шансов получить литературную премию. Главное — чтобы в нем критиковали «совок» и тосковали о «свободах», которые само собой — придут с запада.

Я невольно улыбнулся — представляю, если бы мои «любимые» хейтеры 2018 года слышали мой диалог со Стругацкими — визгу было бы! Вони!

«Как ты посмел своими грязными руками касаться святого?!» Святые — это Аркадий Натанович и Борис Натанович.

Для либерастии они давно уже канонизированы, и понятно — почему.

Так вот приятно было бы послушать визг этой либерастической шелупони, треск их рвущихся пуканов и вопли: «Доколе! Как ти смеешь?!».

Бгг…смею, дурачки! Еще как смею! Для меня нет авторитетов и идолов. Существует лишь логика и Правда.