Михаил Карпов

— Заказчики покушения? Раскрутили цепочку?

— Работают — Платов пожал плечами — Я оперативник. Мое дело сделано. Теперь следаки занимаются. Не наш уровень. Нам не докладывают о результатах. Но судя по тому, как вчера сняли с должности заместителя Семичастного…в общем — посмотрим. Ну а на местах — вычистили всю эту шваль в тресте ресторанов и кафе. И пошли наверх, до Медунова. Медунов сейчас дает показания следователю. Так что вы хорошо поработали. Ну ладно, хватит. Хоть вы и уникум, но отдыхать нужно. Сейчас распоряжусь, чтобы вам принесли поесть."

"Платов попрощался и скрылся за дверью. Я расслабился и закрыл глаза. Чувствовал себя не очень хорошо, что и немудрено — если тебе вскрывают половину черепа, да еще и с помощью быстролетящего объекта…в общем, голова моя, замотанная бинтом как чалмой, чувствовала себя не очень-то хорошо.

Но было и радостное известие — кость нарастает. Знал я одного человека, который попал в аварию и разбил себе голову. Череп весь не собрали — вставили ему пластмассовую пластинку, и гуляй, Вася. Вот так хорошенько ткнуть пальцем в это самое место — и все, кранты. Интересно, мне они не стали вставлять пластину? Надеюсь, что — нет. А еще надеюсь, что встану на ноги до посещения Никсоном СССР.

Дверь распахнулась, и в палату вошла…Ольга. В руках она держала поднос, на котором стояли тарелки разного калибра, и в воздухе сразу же вкусно запахло. Очень вкусно — учитывая то обстоятельство, что мой организм трое суток не получал питания. Сейчас я небось похож на скелет, обтянутый кожей. Метаболизм-то у меня еще тот! Скоростной! Да и на залечивание ран ушли и силы, и ресурсы. То бишь химические элементы, например — кальций для построения черепа. А если кальций тратится на изготовление нового черепа — откуда-то ведь он берется, и очень боюсь, что из моих костей… Вот только представить — я такой тощий, тонконогий, как паучок. Иду на подгибающихся ногах…брр…

— Давай скорее, я ужасно проголодался! — этими словами я встретил мою секретаршу и одновременно любовницу. Она фыркнула, закашлялась, поставила поднос на стул и усевшись нам кровать рядом со мной с улыбкой ответила:

— Слава богу, жить будешь. А мы тут все на ушах стоим — Карпова подстрелили! Я им говорю — его невозможно убить, он еще всех переживет!

Я со скрипом сел, глядя на поднос, на котором стояла тарелка с красным, одуряющее пахнущим борщом, тарелка с картошкой пюре, политой розовой подливкой, а к пюре прилагалась здоровенная котлета — настоящая такая котлета, чуть не в две ладони длиной и шириной! И чай — в серебряных подстаканниках, как в поезде — два стакана сразу, с зеленым чаем и лимоном.